— Послушай, этот твой клиент «Таурус»… — неожиданно сказал Гринхольм, принимаясь за клешню лобстера. — Кто это вообще такие?
— Насколько я знаю, некие Краусы. — Том прилагал максимум усилий к тому, чтобы у него не задрожали руки. — Из Вадуца.
— Это твой приятель Ленгленд тебя на них вывел? — Гринхольм, поморщившись, раздавил щипцами панцирь и потянулся к нежному белому мясу, скрытому под хитиновым покровом.
— Так и есть. Этим ребятам захотелось дистанцироваться.
Гринхольм понимающе кивнул. Немцы любили иметь дело с Лондоном. Цюрих, по их мнению, находился слишком близко от дома.
— Кажется, у них проблемы?
— Небольшие. Я сказал им, чтобы перевели еще пять миллионов, если хотят продолжать игру.
Гринхольм согласно наклонил голову.
Том молча воззвал к небу, чтобы Аккерман поскорее перевел деньги.
— А адвокат Суини?.. Он когда прилетает?
— Сегодня. Ночным рейсом. — Том обрадовался, что разговор принял другое направление и ушел в сторону от «Тауруса».
— В таком случае можешь завтра на работу не выходить. Я скажу Владу, чтобы прикрыл тебя. Но после этого я жду от тебя стопроцентной отдачи.
— Вы ее получите, Хэл. Спасибо.
Мак Макдугал, положив ноги на стол, с наушниками на голове просматривал спортивный раздел газеты «Ивнинг пост». В его распоряжении находилось лучшее в мире шпионское оборудование, и он испытывал наслаждение, работая с ним, в отличие от других ребят из ДЕА, не понимавших, какое удовольствие можно получать, слушая на протяжении нескольких часов чужие разговоры. Маку всегда нравилось совать нос в чужие дела, а в ДЕА за это еще и платили! Уму непостижимо, сколько поразительных вещей можно узнать на такой работе. Адвокатская контора, которую он сейчас прослушивал, имела в своем распоряжении двадцать телефонных линий, а используемое Маком устройство позволяло вести запись со всех этих двадцати линий одновременно. Сотрудники технического отдела давно уже не пользовались магнитофонными пленками, и вся информация фиксировалась на дисках DVD. Новое оборудование было куда компактнее прежнего и обеспечивало идеальную чистоту и большой объем записи, а дисплей на жидких кристаллах давал возможность определить, с какой линии ведется разговор в данную минуту. Хотя все переговоры записывались автоматически, Мак мог одним щелчком тумблера подключиться к нужному номеру и послушать разговор лично, так сказать, в реальном времени. Через пару дней прослушивания он уже был в курсе множества интересных событий и фактов. В частности узнал, что некоторые адвокаты из этой конторы зарабатывают до пятисот долларов в час; что известный магазин вниз по улице должен в скором времени сменить владельца; что в следующую субботу во «Флашинг-Медоуз» в три тридцать начнется распродажа; что стенографистка по имени Талула собирается в этот вечер переспать со своим парнем.
Но Мак, получая от работы удовольствие, не забывал и того, что находится на службе, и аккуратно исполнял свои обязанности. К примеру, на этом задании от него требовалось каждые два часа вставлять в записывающее устройство новый диск, а диск с записанной информацией вводить в компьютер. После этого он набирал на клавиатуре определенный телефонный номер в Майами, и модем его компьютера транслировал новые сведения, полученные от прослушки, на компьютер Реда Харпера, находившийся в тысячах миль от Нью-Йорка.
Там, в Майами, люди из команды Харпера, прослушав диски с записями, суммировали и классифицировали информацию по времени, датам и телефонным номерам, на тот случай если она понадобится в суде. Что же касается разговоров с двадцать четвертой и двадцать пятой линий, принадлежавших телефонам в кабинете Дика Суини, то их расшифровки имели высший приоритет и передавались Реду Харперу в собственные руки.
Вечер только начался, когда Реду принесли свежую расшифровку — вторую за день. Уткнувшись в нее, он вдруг вскинул руки над головой и возгласил:
— Есть!
Подчиненные как по команде повернулись к нему и в мгновение ока собрались у его стола.
— Ребята! Наш ученый приятель из нью-йоркской адвокатской палаты только что позвонил одному знаменитому банкиру, — сообщил Ред торжествующим голосом. — Догадываетесь, как его зовут?
— Салазар! — чуть ли не в унисон ответили его сотрудники.
— Именно!
— Ред, вот это послушайте. — Девушка из группы Харпера поднялась из-за стола и подошла к начальнику с плейером в руках. — Информация с двадцатой линии. Мэри Каллен, секретарша Большого Дика. — Она нажала на кнопку «Воспроизведение». — Похоже, наш парень собирается в Европу.
Присутствующие услышали разговор между секретаршей Суини и сотрудником компании «Юнайтед эрлайнз»: «Хочу зарезервировать у вас билет… Первый класс, разумеется… Рейс Нью-Йорк-Лондон. Прошу также зарезервировать на двое суток номер в отеле „Кларидж“».
