Соседи сообщили ей имя «Джоэл», но поиски Джоэла Фелпса в открытых источниках ничего ей не дали. Он не засветился ни в полицейских сводках, ни в социальных сетях, так что похоже было, что то место, куда он уехал, было полностью отрезано от цивилизации. Хотя он не мог не связываться со своими родителями.
Показав свое удостоверение, Стейси проскользнула под полицейской лентой. Вокруг дома болталось несколько групп зевак, но ничего интересного возле дома не происходило. Увидев скромные, ничем не примечательные двухквартирные дома на улице, Стейси решила, что жители не отказались бы от зрелища, но смотреть действительно было не на что. Никаких тел из дома не выносили, а по телевизору не сообщали никаких скандальных новостей. Дом погибших тщательно обыскивали в поисках улик.
– Привет, Митч, – поздоровалась Стейси, заходя в холл. – Отдыхаешь от доктора Эй? – поинтересовалась она, вспомнив, о чем им говорила босс.
Эксперт закатил глаза.
– Клянусь, если эта женщина еще хоть раз назовет меня идиотом… – не договорив, он покачал головой.
– Нашли что-нибудь интересное?
– Никаких следов борьбы. Все комнаты убраны, и вещи лежат на своих местах. А ты чего здесь? – спросил Митч, снимая с головы маску.
– Хочу почувствовать атмосферу. Ты не видел компьютера или айпэда?
Митч покачал головой:
– У них нет даже кабельного телевидения. Пользуются обычной антенной, – эксперт взглянул на часы и осмотрелся. – Где-то через полчаса мы собираемся здесь все опечатать.
Стейси кивнула и решила осмотреть дом. Первое, что она заметила, были книги. Они были везде – на столах, на полках, лежали стопками возле кресел. Эти люди любили читать, что объясняло отсутствие интереса к телевидению.
Поднявшись наверх, констебль насчитала три спальни. В самой большой стояла двуспальная кровать. Здесь был встроенный платяной шкаф, туалетный столик и новые стопки книг. Вторая по величине спальня была переоборудована в библиотеку-читальню, а самую маленькую использовали в качестве чулана.
Было похоже на то, что возвращения сына здесь никто не ждал.
Констебль вернулась в хозяйскую спальню и села на правую сторону кровати. Открыв единственный ящик в прикроватной тумбочке, она чуть не подпрыгнула.
– Боже, – прошептала она, рассматривая целую коллекцию секс-игрушек и лубрикантов. Стейси закрыла ящик и улыбнулась. Ей стало ясно, что пара наслаждалась не только книгами.
«Что ж, флаг им в руки», – подумала она.
Перейдя на другую сторону кровати, она остановилась, не уверенная, что еще может ждать ее в тумбочке.
Но, открыв ее, она вздохнула с облегчением. В ней не было никаких секс-игрушек. Вместо них она обнаружила несколько заколок для волос, пару драгоценностей и пачку рецептов. Под всем этим лежал запирающийся на ключик дневник, напомнивший Стейси о тех временах, когда она была еще девочкой. Здесь же на ремешке висел крохотный ключик, но дневник оказался не заперт.
Листая его, констебль размышляла о том, сколько она уже успела узнать о личной жизни этой пары.
Последняя запись в дневнике была сделана накануне их смерти. Она была короткой и написана была аккуратным почерком. Читая, Стейси заметила, что большинство записей напоминали короткие заметки, а не пространные излияния чувств.
За день до смерти они были у врача по поводу давления Билла, а потом на почте купили марки и заскочили в библиотеку.
Стейси пролистала несколько страниц, пропуская похожие заметки, пока не дошла до записи, сделанной двумя неделями раньше:
Стейси нахмурилась. Где Хелен Фелпс могла видеть сына? Из разговора с соседями констебль поняла, что Джоэл уже давно находится в отъезде.
И почему мать не знала, о чем с ним говорить?
«В этом нет никакого смысла», – подумала она, продолжая листать страницы, пока не наткнулась на измятый и пожелтевший от времени листок бумаги.
Развернув его, Стейси поняла, что перед ней свидетельство о рождении.
Она несколько раз перечитала его.
Он был выдан на имя Джоэла, а вот фамилия была совсем другая.
Неудивительно, что она не смогла найти его следов.
Она просто искала не того человека.
– Послушай, командир, сейчас мы больше ничего сделать не можем, – сказал Брайант, когда они припарковались возле участка. – Мы разослали словесный портрет Даггара. Если он где-нибудь появится, то мы узнаем об этом первыми. Сейчас уже почти восемь, так что…
Раздался звонок ее телефона, и сержант замолчал.
– Поздно работаете, Китс, – сказала Ким в телефон.
– Только ради моего любимого детектива.
– Он как раз рядом со мной, – Ким включила громкую связь.
– Привет, Китс, – поздоровался Брайант.
– Прошу прощения за поздний звонок, но я проверил кое-какие результаты и подумал, что вам будет интересно узнать…
– Ну же, – поторопила его инспектор.
