– Нам надо побольше узнать о его доминирующих психологических особенностях, чтобы оценить все это. Надеюсь, что эту информацию я получу после вашего разговора с его надзорным офицером завтра утром. У нас нет никакой информации о том, что он применял силу в отношении Билли, но ее повреждения…
– Ужасны, – закончила Ким за психолога.
– Вот именно.
– Но разве это неприменение насилия не исключает Даггара полностью? – спросила Ким, стараясь оценить всю имеющуюся у нее информацию.
– Боюсь, что нет, – ответила Элисон, подумав. – Психотравматические события, или триггеры, могут включить скрытые резервы психики и заставить людей действовать наперекор их психотипу.
– До такой степени и в течение такого длительного времени?
– Абсолютно.
– Значит, вы хотите сказать, что…
– Я не могу ответить на ваш вопрос. Не могу с уверенностью заявить, что Даггар здесь ни при чем, но при этом любая новая информация или любые новые улики значительно облегчат оценку его действий в будущем.
Ким чувствовала себя так, как будто выслушала море слов, которые ей так ничего и не сказали.
– Ладно, Элисон, спасибо вам за ваше время…
– Но вы мне так ничем и не помогли, – закончила за нее психолог и встала.
– Я благодарна вам за вашу оценку происходящего, – улыбнулась ей Ким.
– Ладно, спасибо и на этом, – поблагодарила Элисон, направляясь к двери. – А теперь позвольте откланяться. Увидимся завтра.
Ким крикнула ей в спину: «Спокойной ночи!»
– Прости, мальчик, но мы опять остались вдвоем, – сказала она Барни, который все еще смотрел на входную дверь. Казалось, что Элисон нравится ему больше, чем он Элисон. А разговор с психологом никак не помог Ким прояснить свое отношение к Джону Даггару. Открытие Стейси того, что его сестра оказалась жертвой пожара на Саттон-роуд, шокировало Ким. Она хорошо помнила, как они, с ее бывшим партнером Тревисом, расстроились, узнав, что мать спасенных детей погибла в пламени, хотя ни один из них не имел возможности еще раз войти в горящий дом.
А ведь сам Джон Даггар был вполне открыт и любезен, когда они с ним общались. И все это, зная о погибшей сестре? В этом нет никакой логики.
А потом она вспомнила о вероятном конце всей этой истории, о котором когда-то говорила Элисон. Тогда она сказала, что у него остался только один вариант действий. Так что же, он следит за ней прямо сейчас? Может быть, его исчезновение связано с тем, что он готовит ее смерть?
– Да чтоб тебя! – воскликнула Ким, вздрогнув от звонка телефона. – Добрый вечер, сэр, – поздоровалась она со своим боссом.
– Брайант только что доложил мне последние новости. Вы действительно считаете, что это Джон Даггар?
– Все указывает на него, – призналась Ким.
– Ну что ж, возможно, вам будет приятно узнать, что проблема с насекомыми в вашем офисе решена и команда может завтра возвращаться на базу.
– Команда, сэр? – переспросила инспектор.
– Вся команда, Стоун. У меня такое впечатление, что было слишком много шума из ничего. Хотя, надеюсь, этот выходной день позволил вам немного успокоиться и обдумать ваши дальнейшие действия.
Ким почувствовала облегчение, как будто у нее с души свалился тяжелый груз.
– Конечно, сэр.
– И вот еще что… В своих ежедневных отчетах Элисон постоянно возвращается к тому, что она называет «финальным актом». Она считает, что тогда убийца откажется от воспроизведения фактов вашей биографии и неизбежно перенесет всю свою ярость непосредственно на вас.
– Это просто предположение, сэр, – Ким не понимала, как она могла не знать об этих ежедневных отчетах.
– Мне бы хотелось перестраховаться. Поэтому, принимая во внимание серьезность угрозы, я настаиваю, чтобы ваш коллега все время находился рядом с вами.
– Слушаюсь, сэр.
«Бедный Брайант», – подумала инспектор.
– В ночное время возле вашего дома будет дежурить патрульная машина. Она подъедет через пятнадцать минут.
Ким хотела возразить, но передумала.
– Спасибо, сэр.
– Через пятнадцать минут, Стоун, – повторил Вуди и отключился.
Ким оценила заботу босса.
Но ей необходимо выйти, и ждать лишних пятнадцать минут она не может.
Подойдя к клубу, Элисон остановилась и перевела дыхание. Она понимала, что действует без всякой поддержки Вестмерсийской полиции.
Не то чтобы ей этого хотелось. Но на ее первые три звонка Мертон не ответил вообще, а четвертый постарался закончить как можно быстрее.
Она успела только сказать, что считает Кертиса невиновным, как он прервал ее, заявив, что он направит на нее официальную жалобу. А потом повесил трубку. Больше она ему не звонила.
Элисон позвонила еще по одному номеру и теперь знала, что помочь ей может только один человек на свете.
Парковка оказалась заполнена наполовину. Казалось, что большинство посетителей решило выйти со своими напитками на улицу, под тент возле входа, чтобы насладиться свежим воздухом, ведь температура опустилась градусов до двадцати.
