Она вошла в бар и увидела Джейми Харта, сидящего в углу. Элисон помахала ему рукой и, посмотрев на стойку, сглотнула. Том смотрел в ее сторону, и на его губах появилась улыбка. Глазами он проследил за тем, куда она идет. Улыбка исчезла, и он вернулся к своим делам.
Отлично, ей и не надо, чтобы он обращал на нее внимание. Пока не надо.
– С… спасибо, что пришел, – сказала она, садясь напротив Харта.
– С тобой все в порядке? – спросил тот, подвигая ей бокал. – Сухое белое, и, кажется, тебе оно совсем не помешает.
Она послушалась и сделала глоток. Всего один.
– Я попыталась поговорить с Мертоном, но он и слушать не стал. Вместо этого написал на меня телегу. Заявил, что я препятствую расследованию.
Джейми сделал глоток, постаравшись спрятать улыбку.
– С его точки зрения, ты действительно превратилась в досадную помеху.
– Наверное, ты прав, – Элисон посмотрела поверх его головы. – Но я не знала, кому звонить, а прошлый раз ты говорил, что в расследовании появились какие-то нестыковки, поэтому я и решила, что могу довериться…
– Я говорил не о нестыковках, а скорее…
– Он этого не делал, Джейми, – выдала Ким. – У Кертиса есть алиби. Он в то время был с Тилли, барменшей.
Харт нахмурился и недоверчиво посмотрел Элисон за спину.
– Тогда почему он так и не сказал?
– Он, возможно, этого совсем не помнит, а она помнит слишком хорошо. Разве ты забыл, что Том и Тилли достаточно успешно обеспечили друг друга алиби?
– Речь шла об офисе или о чем-то из той же оперы, – кивнул Джейми.
– Это сказал Том, а Тилли сказала кое-что другое. И этого оказалось достаточно, чтобы потом признаться, что она пыталась сохранить свою семью.
– Черт побери, а ты в этом уверена? – спросил мужчина, потирая подбородок.
– Конечно, если бы об этом узнали, она могла потерять все.
– Но подожди минутку, – до Харта стало доходить. – Это ведь значит, что у Тома нет алиби на то время, когда напали на Беверли!
– Вот именно, – подтвердила Элисон. – Теперь ты понимаешь, почему я тебе позвонила?
– Эли, тебе надо все рассказать Мертону. Не знаю, как ты это сделаешь, но ты должна заставить его выслушать твои подозрения по поводу Друри.
– Мне он не поверит, – покачала головой Элисон. – Но он может поверить тебе.
Обдумывая ее слова, Джейми смотрел на стойку бара.
– То есть все это время ты была права. И твой профиль попал в самую точку. Он молод, хорош собой, успешен, хорошо организован, возможно – образован…
– У него степень по экономике, – подтвердила Элисон.
– Живет недалеко и…
– И ты знаешь, что он этого не делал, Джейми, правда? Потому что это сделал ты, – Элисон отвернулась от стойки и теперь смотрела прямо на Харта.
– Ты что, с ума сошла? – шок на его лице быстро сменила ухмылка.
Элисон постаралась успокоиться и стала ковать железо, пока оно горячо:
– Ты блокировал каждый мой шаг, критиковал мой профиль, подставлял ни в чем не повинных людей, потому что мой профиль подходил в том числе и тебе. Ты убил Дженнифер, а потом сделал так, что тебя пригласили принять участие в расследовании. И направил его в сторону Кертиса, но команда стала прислушиваться ко мне. А ты уже не мог сдерживаться. Тебе было необходимо продолжение банкета. Что, кайф от сережки Дженнифер закончился слишком быстро? Или ты уже не мог представить себе, как она молила сохранить ей жизнь? Ты и еще одну женщину, шапочно знакомую с Кертисом, выбрал потому, что знал, что в этом случае полиции придется обратить на него более пристальное внимание. А Кертис, который ни черта не помнит, сыграл тебе на руку.
– Потрясающе, прошу тебя, продолжай, – Харт явно веселился.
– Понимаешь, Том хорошо, но неидеально подходит под мой профиль, – сказала Элисон и намеренно расплескала свой напиток.
Он мгновенно поднял руку, чтобы вытереть капли.
– У меня ведь там еще написано, что преступник аккуратен до брезгливости.
– Это ничего не значит, я просто не люблю беспорядка на столе, – нахмурился Харт.
– Прекрасное качество, – с сарказмом заметила профайлер.
– А еще тебе передает свои наилучшие пожелания мать Дженнифер, сукин ты сын, – сказала, как выплюнула, Элисон. – Говорит, что ты очень помог им смириться с их потерей. Ты кайф ловил от их гребаного горя, вновь и вновь возвращаясь к произошедшему, продлевая блаженство и наслаждаясь осознанием своей власти, потому что знал…
– И это все, что у тебя есть, Эли? – фыркнул психолог, и неожиданно Элисон поняла, что права на все сто.
– Вовсе нет, – насмешка Харта дала ей дополнительные силы. – У меня есть сережка, которую ты подбросил накануне.
Харт слегка побледнел, но ничего не сказал.
– Ты знал, что дело Кертиса разваливается, поэтому решил с помощью моего профиля переключить внимание полиции на Тома Друри. Надеялся, что сережку быстро найдут, но просчитался, потому что уборщица заболела. Так что она моталась под ногами у посетителей, пока не оказалась на парковке, где ее нашла я. Сережка оказалась первой в целой цепи доказательств.
Харт уже не улыбался.
– Если ты дотрагивался до нее голыми руками, то на ней будут следы твоей ДНК, и если полиция сравнит ее с ДНК преступника, то считай, что ты по горло в дерьме.
