Дальнейшее было подобно вспышке молнии. Начальник полиции повис на шее Кокрилла и стал обнимать, как родного брата, лобызая его морщинистые щеки. Сесил и Лули сунули в рот носовые платки, чтобы заглушить истерический смех. Но инспектор Кокрилл холодно высвободился из укутавших его складок плаща «коллеги». Он разделял мнение Лео Родда: все было бы забавно, как комическая опера, но бессмысленность происходящего заставляла его холодеть от страха. Убийство и подозрения в убийстве — это вовсе не шутка.
Фернандо считал точно так же, понуро стоя между двумя коренастыми стражами. Даже хихиканье в углу комнаты смолкло. Загорелые лица с черными бакенбардами, очень смахивающие на бандитские, недобро глядели из-под тени черных шляп: темно-синие плащи лежали таинственными складками, возле смуглых щек поблескивали золотые серьги, а серебряная резьба зловеще поблескивала на ружейной стали, голые немытые ноги в грязных, немнущихся, как дымоходы, брюках нетерпеливо шаркали — шаркали, желая как можно скорее увести отсюда заключенного, хоть какого-нибудь, виновного или нет, лишь бы вздернуть в какой-нибудь подходящий день на старую виселицу на торговой площади или сгноить, всеми забытого, в сырой бездонной темнице старой черной крепости на скалистом берегу. За что? Здесь так вопрос не ставят, и никаких вопросов не требуется, чтобы начальник арестовал свою жертву: никаких свидетельских показаний не выслушают и не запишут, никакого судебного дела не заведут, если только начальник полиции не сочтет разумным призвать своего друга мэра и уговорит провести публичные слушания незадолго до Пасхи — всегда бывает немного времени в эту пору: конечно, контрабандой не прекращают заниматься и во время Великого поста, но жители острова исключительно набожны и почти поголовно соблюдают все дни поста и воздержания, особенно в Страстную неделю…
— Переведите ему, — решительно сказал инспектор Кокрилл, — что мы сейчас пойдем в номер убитой, и я помогу ему в расследовании. Скажите, что вы пойдете с нами как мой переводчик.
Была половина десятого вечера. На верхней террасе «незапятнанные», склонив головы, с глазами, горящими от любопытства, смешанного с аппетитом, приступили к обеду.
Лео Родд спустился с балкона на первый этаж и вызвал администратора отеля. Тот прибежал бледный и запыхавшийся, несомненно полагая, что если этим дикарям-иностранцам не услужить моментально, то его убьют здесь же на месте.
— Мы не можем есть там, — Лео Родд указал на обедавших на террасе. — Поставьте нам столик на балконе и принесите туда какую-нибудь еду. И вина, «мольто вино» или как это у вас называется, и еще всем по двойному хуанельо или кто чего попросит. — Он прошел в центральное фойе, поднялся по лестнице, вошел через коридор в их с Хелен комнату и вышел на балкон. — Мы потребуем, чтобы нам устроили столовую в этом углу, и тогда мы не будем мешаться под ногами этому полицейскому сброду. И в то же время сможем наблюдать за действиями инспектора и его «друга» херенте. — На взволнованные охи мисс Трапп он ответил, что их пока еще не убили, а раз они живы, им надо есть.
— Дорогуша, ваш приятель так распоряжается, просто по-королевски, — прошептал Сесил Лули.
— Ну, кому-то нужно было начать действовать, — с легкой укоризной ответила Лули.
— Надо с пониманием относиться к тем, кто всего лишь чуточку разнервничался. Вы, конечно, не знаете, а ведь кое-кто через такое уже проходил!
— Что значит «через такое уже проходил»?
— A-а! Через убийство, моя милая. Много лет назад в нашем «Кристоф и Сье» убили одну из девушек. Вы не представляете, как чудовищно. Полицейские расследования и все такое. Меня вот что волнует: что подумает инспектор Кокрилл?
— Подумает, что ваши многочисленные дочурки скоро станут сиротами, — пошутила, оживившись, Лувейн.
Администратор отеля распорядился, чтобы семерых подозреваемых достойно обслуживали в импровизированной столовой в углу балкона.
— При данных обстоятельствах, — сказал Лео Родд, когда несчастные туристы расселись за столиком, — тост «Выпьем за преступление», пожалуй, будет излишним.
— Не знаю, как другие, — признался Сесил, — но что касается меня, то я не скрываю: напуган до смерти, как мальчишка.
— Видимо, мы все пятеро напуганы, — сказал Лео.
— Но, мистер Родд…
— Смотрите, мисс Трапп: мы все попали в неприятное положение, очень даже неприятное. — Лео протянул руку за сигаретой, которую ему зажгла жена. — Остальные участники тура определенно вышли из игры, как и другие гости отеля. Так или иначе, только мы хотя бы сколько-нибудь знали ее, наша узкая компания, так скажем, знала о ней больше, чем все прочие. И, разумеется, все мы видели ее перед самой смертью. Мисс Лейн была у моря вместе с нами до половины пятого, а в семь часов она уже была мертва.
— Да, но неужели просто из-за того, что мы время от времени разговаривали с ней… то есть я хочу сказать, разве можно считать, что мы с ней как-то связаны?
— Я просто объясняю: нас будут допрашивать, и нам неплохо бы объединиться и договориться, как мы будем отвечать.
