К этой истории примыкает история того самого мотоциклиста, который зацепил велосипед ребёнка и, не оглядываясь, скрылся с места происшествия.
С мотоциклиста я и начну.
Поскольку Надя Лазарева запомнила номер мотоцикла, а её мама позвонила в полицию, мотоциклиста должны были задержать в тот же день. Но не успели. Он сам пришёл в полицию. Это был сын директора нашей школы Светланы Владимировны. Полиция задержала его на двое суток.
Наша бабушка дома у Светланы Владимировны всё узнала. Он был поздний ребёнок. Да ещё с родовой травмой. То есть с первого дня жизни у него что-то было повреждено. Поэтому он долго отставал в развитии.
Светлана Владимировна и её муж сильно переживали. Они жалели несчастного ребёнка. Первого, позднего и единственного. Они баловали его и оберегали от трудностей. Даже тогда, когда он вырос и выправился.
Он почти не отличался от сверстников. Но дома продолжал вести себя как больной. Как несчастный. Родители продолжали во всём потакать. А кто детям потакает, тот потом слёзы проливает. Еле дотянул он до окончания школы. Устроили его в высшее учебное заведение. На платное отделение.
– Я хочу мотоцикл, – сказал он родителям.
Они сначала ни в какую. Однако он взял их нытьём: «Хочу мотоцикл!..»
– Хорошо, – ответил отец. – Закончи мотошколу и получи права.
Он помчался в мотошколу. Прошёл медкомиссию и стал учиться. Сдал экзамены и получил права. И начал катать на мотоцикле одну девушку. И стал считать её своей невестой. А девушка так не считала. Однажды она узнала, что он не может толком учиться даже на платном отделении, что его вот-вот отчислят. Она сказала: «Катись на своём мотоцикле от меня подальше!»
Она ему нравилась. Может, он её любил. И он переживал. Перестал есть и спать. У него начались головные боли. И с ним случилось то, что случилось. Сначала он скрылся. А потом вернулся без мотоцикла. Узнал, что никто не погиб, не покалечен. Но, понимая, что виноват, отправился в полицию.
– Смешные вы ребята! – сказала баба Люба посеревшим от переживаний родителям. – В чём он виноват? В том, что мотоциклом велик сломал. Не остановился, смылся. От испуга. Может, шок у него был. Сами говорите, что головные боли с детства. А что ребёнок выехал с тротуара под колёса мотоцикла, виноваты родители. Мать его по телефону болтала, не смотрела, куда малыш покатился.
– Потом наш сын ещё чуть не сбил мальчика, – сказал Сергей.
– Ученика нашей школы, – заплакала Светлана Владимировна.
– Знаю, – ответила баба Люба. – А вы откуда знаете?
– Он в полиции всё рассказал. Всё подписал.
– Чистосердечное признание, – сказала баба Люба и добавила: – Бог отвёл, ничего не случилось, все живы – не убивайтесь так.
Светлана Владимировна зарыдала и вышла из комнаты.
Сергей опустил глаза. Когда она вернулась, встал и подошёл к окну.
– Мы переживаем, что он переживает, – тяжело вздохнул Сергей. – Сначала из-за девушки, а потом из-за того, что струсил.
– Да не струсил! Шок у него был, не понимаете? Трус бы в полицию не пошёл. Значит, вы его нормально воспитали. Хороший будет человек.
Родители мотоциклиста не верили своим ушам.
– Мне со стороны виднее, – сказала баба Люба. – Урок вашему парню на всю оставшуюся жизнь. А полицию я беру на себя.
– Люба, можно я с тобой? – взмолилась Светлана Владимировна.
– Не надо, – сказала баба Люба. – Справлюсь.
Она хотела идти в полицию, но тут позвонила Татьяна Петровна и сообщила про пожар. Наша сердобольная бабушка, убедившись, что с нами всё в порядке, отправилась в полицию. Дошла до начальника отделения. Тот приказал привести мотоциклиста. Поговорил с ним. Попросил подписать какую-то бумагу и отпустил. Хотя парень сам не хотел уходить. Сказал, что за решёткой ему лучше. Потому что здесь он меньше мучается.
– Какой ты ещё глупый! – сказала баба Люба. – Радуйся, что ничего не произошло. Ничего! А у тебя, дружок, был шок.
У бабы Любы есть дар гипноза. Парень ей поверил. Поверил, что ничего не произошло. И что на самом деле он не струсил, а у него был шок.
Начальник полиции спрятал усмешку.
Баба Люба вызвала такси и доставила парня к родителям.
А я всего этого не знал. И на другой день был удивлён, что лейтенант полиции в школу не пришёл – допрашивать меня и Макса.
Зато лейтенант пришёл к родителям Кудряшки. Того самого Шурика, который едва не погиб, дважды в течение двух дней. О чём был долгий разговор, знают только те, кто в нём участвовал.
Наша бабушка навела справки об этой семье. Не зря мне в то утро показалось знакомым лицо мужчины. Он был известным спортсменом. Но всё когда-нибудь заканчивается. Закончилась и его спортивная карьера. И тут тяжело заболел его старший брат. Он был обычный человек, не спортсмен. С деньгами у него было туго, как и у большинства обычных людей. А лечение требовалось в дорогой клинике, за границей. Но он ничего не просил у богатого младшего. Просто сам младший, всё узнав, сказал:
– Ты у меня один брат, другого не будет. Ты муж, ты отец. Тебя все любят и уважают. Ты должен выздороветь и жить долго.
