Смоленское сражение полностью

Смоленское сражение явилось одним из самых крупных сражений начального периода Великой Отечественной войны, проходившим в тяжелых условиях для наших войск.

Армии Западного фронта к началу Смоленского сражения не были полностью сосредоточены, и враг, имея большое превосходство в силах и полное господство авиации в воздухе, используя фактор внезапности, в своеобразном приграничном сражении имел успех и после этого быстрое продвижение крупных бронетанковых сил в глубь нашей страны, не позволяя нам создать надлежащую оборону на рубеже развертывания наших главных сил Западного фронта, который проходил от Себежа через Дриссу, Полоцк, Витебск, Оршу, Могилев до Гомеля.

Таким образом, войска Западного фронта вынуждены были одновременно продолжать проводить сосредоточение и развертывание для создания фронта и вести напряженные бои с крупными подвижными силами противника, которые вышли к рубежу развертывания наших войск раньше, чем туда сосредоточились наши армии.

Враг рвался вперед. Чтобы оправдать свой бредовый замысел молниеносного разгрома Красной Армии, он стремился во что бы то ни стало сорвать нам сосредоточение и развертывание войск, предназначенных для создания устойчивого фронта.

В тяжелых условиях обстановки оказались войска Западного фронта и в приграничном, и в Смоленском сражении. А все это произошло из-за того, что фашисты внезапно напали на нашу страну, нанесли очень сильный удар по нашим не подготовленным к бою войскам. Поэтому я хочу еще раз вернуться к главному вопросу начала войны, к вопросу внезапного нападения Гитлера на нашу страну, фактору внезапности я уделил значительное место в своей книге «В начале войны». Здесь хочу сделать некоторые дополнения и уточнения фактов, относящихся к вопросу внезапного нападения противника. Историки много лет будут доискиваться, чтобы установить истинные причины того, что способствовало Гитлеру нанести нам внезапный удар.

Сталин полагал, что война фашистской Германии с Францией и Англией продлится не менее двух лет. Это время Сталин намеревался использовать на подготовку к нападению фашистов.

А, как известно, сроки изменились, гитлеровцы разделались с Францией очень быстро – в 40 дней. Причем вермахт и Германия в целом вышли из этой борьбы не ослабленными, а усиленными, заполучив французский военно-промышленный потенциал. Война приближалась более быстрым темпом, чем ожидали.

Сталину и Генштабу следовало бы вдумчиво проанализировать сложившуюся после разгрома Франции принципиально новую обстановку и определить новые сроки готовности войск и страны к отражению нападения агрессора, хотя бы начального его периода, наметить ближайшие стратегические цели войны.

Руководство не сделало этих корректив. Оно осталось верным старым расчетам и всеми средствами стремилось оттянуть войну, отсюда и нервная, подчас просто истерическая боязнь спровоцировать войну. Я беседовал с бывшим наркомом Военно-Морского Флота контр-адмиралом Николаем Герасимовичем Кузнецовым, ныне (на 1968 г. – Ред.) находящимся в отставке. Он, как близко причастный в свое время к руководству вооруженными силами страны, многое знает о деятельности Сталина, наркома обороны и начальника Генштаба в дни накануне войны. Он рассказал о том, как болезненно реагировал Сталин на многочисленные сигналы наших различных военно-морских инстанций о приближении войны. И все же в самый канун войны, судя по действиям Сталина, он понял сложившуюся обстановку, понял, что мы стоим на пороге войны, что до начала боевых действий осталось десять – двенадцать часов, тогда Сталин предоставил нашему тогдашнему высшему военному руководству свободу действий. Это был, конечно, малый срок, но и за это время кое-что можно было исправить, и некоторые командующие сделали это.

По словам К.Г. Кузнецова, 21 июня 1941 г. состоялось заседание Политбюро ЦК ВКП(б), на котором присутствовали С.К. Тимошенко и Г.К. Жуков. На этом коротком заседании стоял один вопрос – информация о подготовке фашистской Германии к нападению на нашу страну. Здесь Сталин дал правильную оценку о мероприятиях гитлеровской верхушки и дал указание Тимошенко и Жукову о том, чтобы они отдали распоряжение в войска о приведении их к боевой готовности и поднятии бдительности. Во время заседания или непосредственно после него Сталин позвонил по телефону ВЧ командующему войсками Московского военного округа генералу армии И.В. Тюленеву и предупредил его о повышении боевой готовности Московского военного округа.

Вот что Иван Владимирович рассказал мне об этом разговоре.

«Около 16 часов 21 июня 1941 года ему позвонил Сталин и сказал:

– Товарищ Тюленев, положение тревожное, мы получали данные о вероятности нападения на нашу страну фашистов завтра или послезавтра, поэтому нужно поднять бдительность, немедленно привести в боевую готовность средства ПВО Москвы».

И.В. Тюленев ответил, что 50 % средств ПВО уже сейчас готовы к бою.

– Мало, – сказал Сталин, – нужно повысить готовность.