Когда Хэткок вышел на рубеж и начал готовиться к стрельбе, он ощутил, как подкатывает этот самый «комок». От напряжения у него засосало под ложечкой — то же ощущение охватило его накануне, когда ему не хватило трёх очков для победы в Национальном чемпионате. Он выиграл серебряную медаль в этих соревнованиях, в которых участвовали тысячи других стрелков. Тогда он стрелял из служебного оружия, винтовки Гаранда М1. Соревнования включали в себя обычную и скоростную стрельбу на дистанциях 200 и 300 ярдов по мишеням с яблоком диаметром 12 дюймов, и обычную стрельбу на 600 ярдов по таким же мишеням. При этом на окончательную расстановку 20 финалистов могла повлиять разница в одно-единственное очко. Он взглянул на журнал, сосредоточился на сегодняшней стрельбе, и вскоре совершенно забыл и о генерале Грине, и о 196 тысячах морпехов.
Хэткок поднял глаза на стрелковую галерею. По обоим краям стрельбища с интервалом в сто ярдов были установлены красные треугольные флажки длиной двадцать футов — всего их было двадцать. Они развевались на ветру, который дул прямо поперёк огневой зоны. Хэткок глубоко вздохнул и снова посмотрел на журнал с отметками, сделанными на тренировках и в полуфинале. Опершись на локоть левой руки, он наклонился и тем же глазом, которым целился, заглянул в окуляр зрительной трубы, низко установленной рядом, чтобы получше рассмотреть марево, слоистые тепловые волны которого, увеличенные оптикой, плясали и закручивались слева направо под воздействием ветра, который так же будет воздействовать на пулю. «Возьму на четырнадцать минут влево», — сказал он про себя, прикинув степень воздействия ветра в те моменты, когда он спадал. — Буду следить за флажком и, как только опадёт, выстрелю».
Он уложил винтовку на бок и начал отсчитывать щелчки, поворачивая боковой маховичок оптического прицела. Отметив внесённые изменения в журнале, он проверил положение кожаного ружейного ремня, убедившись, что тот отрегулирован по длине, перехлёстнут за руку выше локтя в обычном месте и касается предплечья. Хэткок сдвинул левую руку в толстой кожаной перчатке вперёд по цевью до упора, прижав её к антабке.
Хэткок медленно перенёс вес тела на левый локоть и начал плотно пристраивать приклад к правому плечу. «Плотно-плотно. И чтоб никуда не ушёл — сейчас это недопустимо». При этом ремень натянулся, растягиваясь, и Хэткок почувствовал, как он больно впился в предплечье, ограничивая циркуляцию крови в левой ладони и пальцах. Он взглянул на кончики пальцев, торчащие из перчатки, и увидел, как они краснеют, наливаясь багрянцем.
«Господа! Приготовиться!» — разнёсся над стрелками голос из громкоговорителя с вышки, расположенной посередине линии огня. Хэткок прижался щекой к винтовке и поставил локоть правой руки на мат. Обхватив правой рукой шейку приклада, он положил палец на спусковой крючок и навёл винтовку на мишень — маленькую чёрную точку над перекрестьем прицела.
Когда он, опершись на носки ног, немного переместился назад, перекрестье медленно поднялось до центра крохотной мишени. Хэткок на миг прикрыл глаза и снова открыл, чтобы посмотреть, сместилась ли точка прицеливания. Перекрестье осталось точно там же, в центре.
Поглядывая на флажки, Хэткок переместил ноги левее, при этом перекрестье сдвинулось так, что кружок мишени оказался в правом углу поля зрения прицела. «Если флажок опадёт, пуля попадёт в яблочко, в самый центр. Если не попаду — всё кончено, но я точно не промажу. А если флажок не опадёт, надо будет целиться вот сюда — чуть-чуть левее».
Не отрывая приклада от плеча и не сдвигая локтя руки, на которой лежала винтовка, Хэткок наклонился влево и заглянул в зрительную трубу, чтобы ещё раз посмотреть на марево.
«Господа! Время на подготовку истекло!» — раздался голос с вышки. После этого объявления оркестры умолкли, толпа притихла, и мишени пропали, опустившись в блиндаж. Тишину нарушал лишь ветер. Хэткок видел только белую верхушку своей мишени, опущенной в окоп, и, уголком глаза, треплемый ветром красный флажок.
Хэткок сделал резкий выдох и посмотрел на патрон «Винчестер магнум» калибра.300, лежащий под полотенцем на мате рядом с его правой рукой. Из громкоговорителя на вышке прозвучало объявление: «Господа! Разрешается зарядить один патрон».
Хэткок взял длинный патрон с латунной гильзой, уложил его в окно ствольной коробки и закрыл затвор, досылая патрон в патронник. Он снова припал щекой к прикладу и застыл в ожидании, видя в прицеле озеро Эри за мишенями. Перекрестье прицела поднималось и опускалось, следуя пульсации крови в его тесно охваченном ремнями теле.
В этот момент Хэткок думал только о патроне, запертом в патроннике винтовки, об ударнике, сдвинутом назад пружиной затвора и дожидающемся того момента, когда будет спущен курок, и пуля «Сьерра» весом 176 гран, преодолев тысячу ярдов, попадёт в кольцо V.
