И, наконец, продукты жизнедеятельности. Некоторые народности употребляют их вместо табака. По свидетельству европейцев, пробовавших необычное курево, оно вполне приемлемо. Объясняется это тем, что пища слонов состоит из множества ароматных компонентов: благовонных растений, трав, клубней, корешков. Полностью они не усваиваются. Глядя на могучие кучи, оставленные в саванне исполином, легко определить, какими растениями он питается.
Опять же, сувениры. В Зимбабве мне довелось видеть, как крохотные кусочки слоновьих испражнений, то есть полупереваренных трав, запаивали в прозрачную пластмассу. Как уверял продавец, товар прекрасно раскупался. Туристы читали под поделкой пояснительную подпись, приходили в восторг и заявляли, что ее надо обязательно купить, чтобы, вернувшись на работу, подарить любимому шефу.
Ныне слоны принадлежат к самым пугливым видам диких животных Черного континента, но страх перед человеком у них не врожденный. В середине XIX века, когда европейские исследователи достигли озера Виктория, они встретили стада слонов, не обращавших на людей внимания. Даже когда на глазах животных от пуль пришельцев пал один из сородичей, остальные не проявили заметного беспокойства. Путешественник Генри Стэнли, побывавший в 1870-х годах в различных частях Африки, сообщал, что слоны, которых он встретил в болотистой местности восточнее озера Танганьика, не только не обратились в бегство, когда в сотне метрах от них прошел длинный караван, но с любопытством наблюдали за необычной процессией. Удовлетворив его, они неторопливо удалились в лес.
Ничего странного, если вспомнить, что в королевствах доколониальной Уганды, например, слоны считались собственностью монарха. Без высочайшего дозволения под страхом смертной казни никто не смел поднять копье на священное животное. Обладать изделиями из бивней дозволялось только приближенным царственной особы. Исполины привыкли чувствовать себя в безопасности и смотрели на людей как на мелких забавных двуногих животных.
Сейчас воспоминания старых путешественников читаются как сборники сказок. Из этих книг, например, можно узнать, что швед Эриксон, англичанин Бейкер, датчанин Ларсен убили больше пяти сотен слонов каждый. Но не будем к ним суровы. Они и их коллеги были первопроходцами: открывали неизвестные земли, подвергались смертельным опасностям, вели наблюдения за животным миром и местными племенами. Современные авантюристы не тратят времени на изучение и описание природы, их интересует одно – бивни. Остальное за ненадобностью, вернее из-за малой цены и неудобств при транспортировке, выбрасывается. Под испепеляющими лучами тропического солнца остаются десятки, сотни изуродованных, разлагающихся трупов, распространяющих далеко окрест невыносимый смрад.
Удаление бивней требует умения. Главное – не оставлять их долго на солнце, так как они не обладают жаростойкостью и вскоре покрываются трещинками. Опытные африканцы отделяют бивни самое большее за пять часов. Белые пришельцы поступают проще. Давно забыты патриархальные тесаки-панги, места побоищ оглашаются визгом бензо- и электропил. Профессиональный браконьер 1980-х годов, известный под кличкой Мясник Кессиди, в порыве откровенности хвастался журналистам, что может за час «полностью обработать» дюжину слонов.
В лице браконьеров исполины впервые в своей длинной истории обрели врага. Единственного, зато способного полностью извести их род. Апогей незаконной охоты пришелся на 1970–80-е годы, когда безжалостно истреблялись даже реликтовые экземпляры, пребывавшие под персональной охраной. Скорбная для защитников живой природы весть пришла тогда из ЮАР, где от огнестрельных ранений скончался один из самых старых и крупных слонов Африки по кличке Пелване. Каждый его бивень весил по 75 килограммов. Больше полувека удавалось сообразительному животному (а по интеллекту слоны дадут фору не только четвероногим, но иным двуногим млекопитающим) избегать встречи со злодеями. Стоило ему ненадолго покинуть пределы заповедника, на миг ослабить бдительность, и браконьеры не упустили шанс. Засевший на дереве стрелок разрядил в слона-патриарха весь карабин. Исполин собрал остаток сил и скрылся в зарослях, лишив злодеев добычи, но подоспевшие ветеринары уже ничем не смогли помочь.
Пожалуй, самым нашумевшим преступлением стало убийство «короля слонов» Ахмеда. Официально объявленный «гордостью животного мира Кении», он находился под охраной особого декрета, изданного первым президентом республики Джомо Кениатой. Специально выделенные опытные егеря следили за всеми перемещениями Ахмеда. Но и чрезвычайные меры предосторожности оказались бессильны перед наглостью и настойчивостью любителей наживы. Теперь о некогда самом могучем животном континента, чьи полуторацентнеровые бивни приводили в восхищение всех, кому посчастливилось их увидеть, напоминает скульптура в натуральную величину, выставленная у Национального музея Найроби.
