— Рассказываю тезисно, потому что времени нет, — предупредила я и затарахтела, увеличивая темп и от волнения глотая знаки препинания. — Пока мы с тобой тут болтаем, вода в Кубани прибывает и грозит полностью затопить маленький остров посреди реки. В принципе, островку к затоплениям не привыкать, но сейчас на нем вынужденно живет человек, чье имя не Ихтиандр. Он не умеет дышать под водой и плавать тоже толком не умеет, а даже если бы и умел, все равно не доплыл бы до берега, потому что течение очень сильное и в воде полно разных опасных предметов, так что к острову даже на лодке не подберешься, разве что на подводной, это, кстати, тоже мысль, интересно, есть ли где в нашем городе прокат небольших субмарин…
— Стоп! — вскричала Мария, одновременно хлопнув руками по столу.
В воздух взвилась стайка бумажных листов и клуб пыли. Я чихнула и вынужденно замолчала.
— Аэростат-то наш тут при чем? — спросила начальница.
— Как это — при чем? Ты меня разве не слушала? — удивилась я. И снова завелась: — Подобраться к острову можно только с воздуха, но спасательный вертолет разобран на составные части и абсолютно нелетабелен, остается один выход — лететь на воздушном шаре!
— Или на пушечном ядре, — сострила Мария. — Все, я поняла, не продолжай! Тебе нужен наш аэростат, чтобы с его помощью вытащить кого-то с затапливаемого острова, так?
— Ага, — с облегчением выдохнула я.
— Это, конечно, очень гуманно, но мы же не спасатели, ты понимаешь? — Мария побарабанила пальцами по столешнице.
— Понимаю, — кивнула я, пододвигая к собеседнице свою «Визу».
— Да я не к тому, — досадливо сказала Мария. — Ты же не собираешься покупать у нас аэростат, хочешь только взять его напрокат? Тогда живо реши две проблемы: во-первых, аргументируй для нашего директора, какая в этом будет выгода для «ТелекомКома»…
— Прекрасный имидж благородной и общественно сознательной компании, понимающей ценность отдельной человеческой жизни! — мгновенно нашлась я. — Гарантирую, что эта гуманитарная акция «ТелекомКома» получит широкое освещение в средствах массовой информации!
— Как ты можешь это гарантировать?
Я шлепнула рядом с кредиткой развернутое удостоверение. Пропади она пропадом, конспирация, подумаешь, не напишу сценарий, о котором мечтает мое и телекомкомовское руководство! Плевать на сценарий, расколюсь, Ирка мне гораздо дороже профессионального успеха!
— «Федеральная служба России по телевидению и радиовещанию», — перевернув красную книжицу, удивленно прочитала Мария вслух. — Ага! Тот-то, я смотрю, ты на работе не горишь, карьеру в нашей конторе делать не рвешься! Стало быть, казачок-то засланный!
Начальница неподдельно обрадовалась.
— И еще я организую бесплатную рекламу вашей грядущей суперпрезентации на нашем телевидении, — поспешила добавить я. — Это как, аргумент для директора?
Мария кивнула.
— Отлично! Тогда давай проблему номер два!
— Проблема номер два — это деньги, — развела руками Мария. — Уж извини, но фирма «Небо-Небо», которая обычно запускает наш аэростат, требует стопроцентную предоплату своих услуг. Значит, им придется заплатить наличными.
— Примерно пятьсот баксов в рублевом эквиваленте, — понятливо кивнула я, сгребая со стола свою кредитную карточку. — Я слышала, как вы с девчонками обсуждали расценки этих «надувателей». Пустяки, я прямо сейчас смотаюсь к банкомату за наличкой!
— Это так срочно? Ладно, тогда я прямо сейчас смотаюсь на склад, попрошу ребят погрузить аэростат на тележку и… куда его тебе?
— У меня машина стоит перед главным входом, белая «шестерка». В багажник этот шар поместится?
— Свернутый — поместится, — Мария кивнула и неожиданно тепло мне улыбнулась. — Ну что, побежали?
И мы побежали, да еще как! Свернутый аэростат, похожий на сложенную палатку, погрузили в багажник нашей «шестерки», потом подняли по тревоге надувательскую компанию «Небо-Небо» и назначили рандеву в условном месте у реки. По дороге я выпрыгнула из машины у сберкассы, выдоила из банкомата пятнадцать тысяч рублей, и это меня немного подзадержало: когда «шестерка» подкатила к подтопленным тополям у реки, там уже стояли «Газель» с эмблемой «Небо-Небо» и машины спасателей. Чернявый и Снегурок прикатили на симпатичной зверовидной машинке марки «ЛУАЗ» — это такой джип-недокормыш советского производства. Чуть поодаль, в чистом поле, стоял грузовик, оснащенный небольшой лебедкой.
— Ага, — без энтузиазма произнес Чернявый, когда я торжественно открыла багажник с утрамбованным в него аэростатом.
— Фигня, конечно, полная, но можно попробовать, делать-то нечего, — вторил ему Снегурок.
Я так поняла, что ребята уже успели узнать у «небонебовцев» технические характеристики телекомкомовского воздушного судна, и они не вполне соответствовали чаяниям спасателей. Однако за работу Снегурок и Чернявый принялись безотлагательно. К счастью, к этому времени дождь прекратился, и даже ветер стих.
Надували шар больше часа, я от нетерпения изгрызла все ногти на руках и уже подумывала, а не сунуть ли в зубы ногу. Для придания аэростату должной формы понадобилось четыре баллона гелия.
