На крыше сарайчика сидела моя Ирка, похожая на целлулоидную куклу в прозрачной упаковке: голову и плечи подруги прикрывал от дождя полиэтиленовый пакет с прорезанным в нем полукруглым окошком. В отверстие выглядывала мрачная физиономия.
— Надо было взять где-нибудь громкоговоритель, — посетовала я.
Сложила руки рупором и заорала:
— Ирка-а! Я зде-есь!
Высунув морду в открытое окошко, басовито залаял Том.
Не знаю, расслышала ли подруга мои слова или собачий лай, но какие-то звуки до нее явно донеслись. Ирка вскочила на ноги и замахала над головой грязно-белой тряпкой, привязанной к сломанной швабре.
— Ай-ай-ай! — послышалось в ответ.
— Держись, я бегу за подмогой! — прокричала я.
Скомандовала любопытному Марику:
— Живо в машину! — и сама поспешно нырнула в салон.
— Э-э-э! — донеслось с реки.
— Кто это там? — Пока я разворачивала машину, Марик крутил головой, пытаясь найти источник звука.
— Ты не узнал голос? Это твоя любимая тетя, — любезно ответила я, притопив педаль газа.
«Шестерка» прыгнула вперед и покатила по грунтовке, разбрасывая в стороны камешки и комья грязи.
— Тетя Ира?! — Марик был шокирован. — А что она там делает?
— Не видел, что ли? — Я забыла, что бинокль был только у меня. — Принимает ванны — воздушные, солнечные и дождевые! Сливается с природой, мать ее так!
— Как интересно, — озадаченно протянул юноша.
Я зыркнула на парня глазами, проверяя, не издевается ли он. Нет, Марик явно был заинтригован.
— Я тебе потом все расскажу, — пообещала я. — Сейчас времени нет, нужно Ирку спасать, пока не утонула. Эх, неужто и вправду спасатели откажутся спустить лодку?
Увы, спасатели отказались!
— Честное слово, никак нельзя! — развел руками белозубый черноглазый парень, похожий на цыгана. — Видите, какой плавник несет? Спустим лодку — пробоина нам обеспечена!
— А что же делать? — Я поборола желание схватить черноглазого за воротник и хорошенько потрясти. — Там человек на острове, женщина! Если вода еще на метр поднимется — ее смоет!
— Женщина? — повторил черноглазый, яростно почесав в затылке.
По лицу парня было видно, что он представил себе хрупкое создание, рискующее стать жертвой разбушевавшейся стихии. Я не стала говорить, что Ирка весит сто кило и при необходимости может остановить коня, войти в горящую избу и вынести на своих плечах из огня пару таких парнишек, как наш спасатель. Это сейчас не имело никакого значения.
— Может, попробовать переправу навесить? — неуверенно предложил товарищ чернявого, голубоглазый белобрысый парень, похожий на загорелую Снегурочку в мужском обличье.
— Как ты ее навесишь? До острова метров семьдесят, не меньше! — возразил чернявый.
— И ни дерева, ни столба, — кивнул Снегурок.
Я внимательно прислушивалась к этому разговору.
— А разве у вас нет вертолета? — дождавшись паузы, вмешался в разговор Марик.
Мне понравилось, что он принял близко к сердцу проблему с тетей.
— Вообще-то есть, — протянул чернявый.
Он оглянулся, шагнул в сторону, Снегурок тоже подвинулся, и за их спинами открылся хороший вид на металлический ангар, из которого выглядывала добродушная округлая мордаха небольшого вертолета. Перед мордой на манер скатерти было расстелено брезентовое полотнище, на котором дядя в замасленном комбинезоне аккуратно, как столовые приборы, раскладывал какие-то железки.
— Чинится наш вертолет, — развел руками чернявый. — Раньше завтрашнего дня не воскреснет!
— С воздуха подобраться — это хорошая мысль, — задумчиво изрек Снегурок. — Только как это сделать без вертолета?
— Минутку, — напряженно сказала я. — Одну минуточку, вам нужно воздушное судно, да?
— Самолет не годится, — покачал головой чернявый.
— А аэростат? — пискнула я, от волнения потеряв голос.
— У вас есть аэростат?! — удивился чернявый.
— Если это поможет, то у меня будет аэростат! — пообещала я.
— Аэростат — это хорошо, — задумался Снегурок. — Пожалуй, с аэростатом можно попробовать… А? — он вопросительно посмотрел на товарища.
— Собирайте свое снаряжение, все, что вам понадобится, — распорядилась я, взбодрившись при мысли о том, что мы начинаем действовать. — Аэростат я беру на себя! Готовьтесь, я скоро вернусь! Марик, поехали!
«Шестерка» унеслась со спасательной станции, обгоняя ветер.
— А теперь куда? — поинтересовался Марик, глядя на меня со смесью страха и восхищения.
— За аэростатом, куда же еще!
Я глянула на часы: ровно семь тридцать восемь, как сказала бы радиобарышня! Рабочий день в «ТелекомКоме» начинается в восемь. Как раз успеем!
В половине восьмого утра, собираясь на дачный автобус, молодая бабушка Анна Никитишна по деревенской привычке выбросила за окно обглоданную куриную косточку, за которой сразу прыгнул рыщущий в поисках завтрака Тимоня. Косточка упала на спину лежащего в зарослях Жоры Куропаткина, туда же приземлился и Тимоня.
Дворовый кот был невелик, но увесист, и его приземление на поясницу Жоры оказалось жестким.
— У-у-ум! — протяжно застонал Куропаткин.
