Тоша убирает полотенце, смотрит на нас совершено сухими глазами, только на дне плещутся черти.
— Птичку жалко, — притворно плачущим голосом говорит друг.
— Какую птичку? — спрашивает Матвей.
Перевожу взгляд на мужа, тот опустив голову на сложенные руки на столе, беззвучно смеётся, плечи ходят ходуном.
— Вух, — выдыхает Тоша, — ту самую, вы чего тут сырость развели, ладно Ксюха, в положении и она девочка! Но вот от тебя друг, я такого не ожидал! — мотает головой, хмуря лоб, обращается к Матвею.
— Такого, это какого? — прищуривается Мотя, упираясь взглядом в Тошу.
— Да ты, как баба нюни распустил! — хохочет Тошик.
— Вот дать тебе в бубен, да жалко становится, вдруг снова услышу эти страшные всхлипы, — усмехается Мот.
Смотрю на эту картину, и до меня доходит. Да они стебутся друг над другом! Слёзы на моих глазах высохли, это они специально, что ли?
— Блин парни хватит мне жену пугать, — ворчит Ник.
— Антон, идиот, я ведь правда начала переживать, сидит тут здоровенный мужик, и плачет! — упрекаю друга.
— Всё Ксюш, прости, больше так не буду, — извиняется Антошка.
— Так всё шутки в сторону! — становится серьезным Матвей, — Ксюш ты мне поможешь? — показывает на царапины, и смотрит с надеждой.
И правда эту красоту нужно спрятать. С одной стороны, жалко его, могут и шрамы остаться, а с другой, он гадёныш всё равно с ней спал, да — не в отношениях с Ришей, позже, но спал. Так, что это ему на долгую память, в зеркало по утрам будет смотреть на своё отражение и вспоминать.
— Конечно! Сейчас принесу косметичку, замаскируем тебя и всеми поедим к ней, и всё расскажем. И Снежу познакомим с папой, — улыбаюсь представляю, как Аришка будет счастлива, — Ой! Только есть одна проблемка, — смотрю на парней растерянно.
— Милая, какая проблемка? — спрашивает муж.
Вижу, как напрягся Матвей.
— С ними живёт Егор и он, как бы сказать помягче, будет против вашего прихода, — предупреждаю, на всякий случай.
— Егора беру на себя, мы с ним одного роста, — говорит Антон.
— Мальчики, только без драки, там ребенок, — напоминаю про Снежу.
— А ещё там есть собака, хуже, чем этот Егор, — говорит мой любимый.
— А чем это интересно, тебе Джек не угодил? Он хороший пёс! — вступаю на защиту собаки.
— Хороший-хороший, только знаешь, одно слово ФАС! И мы будем все покусаны за наши привлекательные зады, — морщит свой нос, поясняет муж.
— Я думаю, до этого не дойдёт! — начинаю хихикать, представляю эту картину, — всё я одеваться и мы едем.
— Ксюш ты даже не поела! — кричит Никита мне в спину.
— Потом, не хочу сейчас, — убегаю в комнату.
16.1
АРИНА
— Джек, Джек ловии, есёё! — кричит на всю квартиру Снежка.
Играет с собакой, в резиновый маленький мяч. Дочка подкидывает, пёс ловит и приносит обратно.
— Снежа ты кушать, не хочешь? — интересуюсь у мелочи.
— Неть мамочка, хочу с Джеком иглать, смотли, как высакооо он плыгает, — показывает дочка, подбрасывая мяч.
— Главное, что бы соседи, не пришли жаловаться на ваши игры, — смотрю, как пёс прыгает, словно слон.
— Не причитай, звукоизоляция хорошая! Нам ведь соседей не слышно, — говорит Егор, развалился на диване, ковыряется в телефоне.
— Если всё же кто придёт, будешь выслушивать жалобы сам! — убираю его ноги присаживаюсь на диван.
— Да ни придёт, никто! — уверяет Егор.
В этот время раздаётся трель дверного звонка. Я начинаю смеяться, смотрю, как глаза парня округляются. Спихиваю его с дивана, ногами на пол, что бы шёл открывать, и вести переговоры с возмущёнными соседями.
— Да блин! Это ты виновата, сглазила, до этого никто не приходил, — бурчит Егор, направляясь в прихожею — встречать не прошеных гостей.
Я продолжаю смеяться, дочь играет, не обращая внимание на нас. Идти на помощь «братцу» в таком виде не хочу! Растянутая футболка, короткие шортики, на голове «птичье гнездо», глаза красные и влажные от смеха. Но приходится вставать и идти! Так как, с коридора доносится звонкий голос Ксю, и мужские голоса на повышенных тонах. Да, что там происходит?
Выхожу в коридор и столбенею! Матвей стоит на пороге моей квартиры, с друзьями и Ксю, которая загораживает их, своим хрупким телом — от взбешённого Егора. Слышу рычание от куда-то с низу, смотрю вниз — Джек стоит, растопырив передние лапы, показывает свои белые клыки, кладу руку ему на голову.
Поднимаю взгляд в сторону входной двери и встречаюсь с зелёными, как летняя трава глазами. Когда-то родными и такими любимыми, в которых тонула, и парила одновременно.
