— Он губил бедных девушек, а ты откармливал свою брюхо?
— НЕТ. ОНИ НЕ УМИРАЮТ, АНФИСА, А ВСЕГО ЛИШЬ ЗАСЫПАЮТ ДО ВЕСНЫ.
— В этом морозном месте она никогда не наступит.
— НАСТУПИТ, — ободрил меня дракон, — ОНА УЖЕ БЛИЗКО…
— Под пологом на другой стороне горы, — догадалась я. — Но Стефан ее сдерживает, не пускает.
— ИНОГДА ПОД ПОЛОГОМ ПРОИСХОДЯТ ЧУДЕСА… — произнес задумчиво дракон. — СТЕФАН НЕ СДЕРЖИВАЕТ ЕЕ. ЭТО ДЕЛАЕТ ПРОКЛЯТЬЕ. И СНЕЖИНКИ ЗАМЕРЗАЮТ, ПОТОМУ ЧТО ПЫТАЮТСЯ ПОМОЧЬ, НО У НИХ НИЧЕГО НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ. СНИМИ ПРОКЛЯТЬЕ — ВЕРНЕШЬ ПОДРУГУ И ОСВОБОДИШЬ ВСЕХ ЗАМЕРЗШИХ.
— Как это сделать?
— ЭТО ЗНАЕТ ТОЛЬКО СТЕФАН.
— А если я ошибусь, то стану ледяной статуей?
— ЕСЛИ НЕ ПОПЫТАЕШЬСЯ, ТО ВСЕ РАВНО СТАНЕШЬ ЕЮ. ЧТОБЫ НИ ДЕЛАЛИ СНЕЖИНКИ, ОНИ ВСЕГДА ОСТАЮТСЯ В СТЕНАХ ЗАМКА.
Слова дракона вселяли надежду, что Тому можно спасти и не допустить, чтобы Ася повторила ее участь. Вот только как это сделать я не знала. Ясно было одно — всему причиной Лорд и его проклятье.
***
— Анфиса, — произнесла страдальческим голосом Ася, — возьми перо и бумагу и напиши за меня завещание. У меня нет сил.
— Ты только что смолотила целую тарелку жаркого и попросила добавки. И ела с таким аппетитом, что все здоровые люди тебе бы позавидовали, чего уже говорить о больных.
— Ты бесчувственная льдина, Анфиса! Я больна. Мне плохо. Возможно, я скоро умру, как Тома, и меня положат к остальным Снежинкам в нашем подвале.
— Подвале Стефана, — поправила ее.
О том, что Асе нездоровится, знал, наверное, весь свет. Если вчера она еще пыталась скрыть недомогание, то сегодня изменила стратегию поведения и вовсю пользовалась «благами» своего нового положения. Стефан с утра отправился за лекарем в деревню, а я взяла на себя обязанности сиделки.
Мне было страшно и жалко подругу, но хуже капризной Аси может быть только заболевшая Ася. Требования становились всё нахальнее, и порой мне начинало казаться, что придушу ее раньше, чем она умрет от проклятья Лорда.
— Подай воды. Хотя нет. Спустись в кухню и принеси орешков.
Я окатила страдалицу раздраженным взглядом. Ведь только что вернулась из кухни и принесла ей печенье. Не прошло пяти минут, а у нее новые пожелания. И так целое утро. Я с нетерпением ждала лекаря, чтобы хоть ненадолго отдохнуть от капризов подруги.
Заметив далеко не добродушное выражение моего лица, Ася жалобно всхлипнула:
— Мне так плохо.
— Хорошо, сейчас принесу, — процедила я.
Почти дошла до двери, когда меня опять окликнули.
— Анфиса, поправь подушки, мне неудобно.
Тяжело вздохнув, вернулась и выполнила ее просьбу. Когда уже приедет Стефан? Надеюсь, он возьмет на себя часть забот о своей возлюбленной. Спустилась по лестнице на первый этаж и застыла на месте от леденящего душу воя. Я никогда прежде не слышала волков в стенах замка. Возможно, Стефан заглушал их голоса, а когда уехал, его магия перестала на них действовать. Как бы то ни было, я не стала заострять на этом внимание. Зачем бы Стефан ни держал волков в замурованной части замка — мне это неинтересно. Моя задача — разобраться с проклятьем.
Я вошла в кухню, с прискорбием понимая, что теперь на меня легла не только забота о подруге, но и готовка. Единственная горнничная Стефана вряд ли мне с этим поможет.
Из главного холла раздались звуки шагов и приглушенный разговор. Говорили Стефан и какой-то мужчина, видимо, лекарь из селения. Я вышла к ним навстречу.
— Добрый день, — поздоровался незнакомец в потертом камзоле. — Где я могу увидеть больную?
— По лестнице направо. Первая дверь.
Мужчина кивнул и пошел в указанном направлении. Стефан остался со мной.
— Как Ася? — озаботился возлюбленной.
— В той же поре: больна и капризна.
— Это она может, — хмыкнул Стефан.
— Я хотела поговорить. Наедине, — замялась. Единственный человек, который знает о проклятье все — Стефан. Было бы глупо не спросить у него прямо, что происходит. Если Терр прав, и Тома с Асей пытались снять проклятье — значит, он им открылся. — Я знаю о проклятии и хочу помочь.
Лорд удивленно вздернул брови. То ли его шокировала моя информированность, то ли желание вмешаться, но он быстро взял себя в руки, скрыв эмоции под маской безразличия.
— Что именно ты знаешь? И кто тебе рассказал?
Помня о просьбе Терра, решила не подставлять ящера.
— Тома. Перед самой смертью. Но все было так очевидно, что о многом я и сама догадалась.
— И ты согласна с условиями? — спросил с прищуром.
— Она ничего не говорила об условиях.
Со ступенек донесся топот лекаря. Мертвецки бледный, он перепугано уставился на нас, неразборчиво что-то бормоча. Меня кинуло в жар, и я побежала в комнату Аси. Догадалась, что он там увидел. Вбежала внутрь и застыла на пороге, не в силах сделать шаг. Ася лежала на кровати с закрытыми глазами. Тело покрылось тонкой коркой льда, который окрасил ее в нежно-голубой цвет. Заледенелые руки аккуратно сложены на одеяле. Она не дождалась, когда я вернусь из кухни.
— Ася, — Стефан сгреб меня в объятья, приглушая мое рыдание.
Я была настолько раздавлена, что не могла сопротивляться. Это он во всем виноват! Их смерти на его совести!
***
