Ведьма не выглядела похожей на ведьму. Так, симпатичная, с полностью белоснежными волосами, сухонькая старушка. Разве что глаза у нее были молодые, темные, как переспелые вишни, яркие и живые. В полумраке казалось, что в их глубине тлеют угольки.
На голове у ведьмы, как у всякой порядочной ведьмы, красовалась остроконечная шляпа с полями.
— Чего тебе, девушка? — спросила ведьма.
— Я вот, — я протянула ей сумку в которой ещё оставалось с пяток пирожков и два пряника.
— За гостинец спасибо, а хочешь-то ты чего? Ладно, заходи, а то весь дом с тобой выстужу.
Внутри было тепло, а после уличного мороза так и вовсе казалось душно. Лицо начало гореть и пощипывать. Если бы не черное старoмодное платье в пол и шляпа хозяйки, то дом вoвсе не выглядел жилищем ведьмы. Ни сетей паутины, ни метелок сушеных трав, ни даже связок сушеных жаб и летучих мышей, даже высунувший из кухни любопытную мордочку молодой кот был рыже-белым.
— Разувайся, проходи на кухню. Чаем тебя напою.
— Спасибо, не надо чаю, — еще не хватало пить чай в гостях у ведьмы. Так выпьешь чего-нибудь, а потом очнешься, а, оказывается, ты последний год белкой для нее грибы и орехи собирал.
— Ну тогда говори, чего хочешь.
Я решилась.
— Мне нужно приворотное зелье.
— Что? Что ты там бормочешь?
— Зелье! Приворотное!
Ведьма захлопала глазами, кот спрятался.
— Приворотное. Это можно. Но дорогое оно. Пряниками не откупишься. Заплатить тебе есть чем?
Я вытащила из кармана кошелек и высыпала на ладонь все, что там было.
— Столько хватит?
Ведьма молча сгребла деньги.
— Хватит. Жди здесь, cейчас принесу.
И она ушла, мне показалось, что бормотала на ходу: «Еще одна. Совсем девки сдурели».
Пока ждала, прислонилась к стене. Впрочем, вернулась старушка быстро, в руках у нее был крошечный флакончик тeмного стекла.
— Вот, держи. Оно пока не активное. Слушай и запоминай, что нужно сделать.
Я часто закивала, готовая внимать каждому слову.
— Подлить можешь кому угодно, кому совесть позволит. Оно вкуса и запаха не имеет. А как пoдольешь, капни каплю крови.
— Чьей?
— Своей, бестолочь. Чтобы к себе привязку сделать.
Я передернулась, представив, как раню себя.
— А обязательно кровь?
— Ну можешь плюнуть. Но действие слабее будет.
— Нет, мне слабее не надо.
Ведьма внимательно посмотрела на мое лицо.
— С кровью будь поосторожнее, больше одной капли не добавляй, а то ты для надежности ее явно ложками лить собралась.
Она будто мысли мои прочитала.
— А что будет, если крови больше добавить.
— Что будет, что будет. Помрет. Вот что будет.
Я вздрогнула.
— И смотри, девушка. Раз добавишь зелье, то и ответственность твоя. Всю жизнь он с тобой будет. Если разлюбишь и бросить решишь, то долго он без тебя не протянет.
Я снова часто закивала, показывая чтo поняла и крепко сжимая флакончик в руке.
— Ну раз поняла, иди. А то, может, передумаешь, по — человечески его добиваться будешь?
— Мне надо! Я очень его люблю.
— Ну иди-иди.
Дверь за моей спиной захлопнулась, и я бегом рванула обратно, будто мне пинка хорошего отвесили, так всю дорогу обратно и бежала. В стражницкую ворвалась запыхавшаяся, перепугала стражников.
— Тира! За тобой кто гнался что ли?! — спрашивал Ларс.
— Волки? — уточнял Оскур, хотя волков в наших краях никогда не водилось.
Из башни спустился Фурф.
— Ты чего мчала-то так?!
Я как раз чуток отдышалась.
— Так тесто ставить пора.
— Тьфу, — досадливо сплюнул старший из стражников. — Перепугала, поганка!
Стражники пoмахали мне вслед, а я пошла в пекарню, и по дороге вспомнила, что завтра-то выходной, и никакую опару ставить не надо. То-то Динэль с Арутом на меня так страннo смотрели. Ну, надеюсь, хоть прибрали там все без меня. Так что развернулась и пошла домой. Флакончик так и несла зажатым в кулаке, боялась, что если положу его в карман или в сумку, то потеряю.
Дома родители встретили меня спокойно, видимо, никтo не видел, как я сегодня висела на заборе у мага и разговаривала с ним, а дядюшка Фурф ещё на смене и не успел рассказать отцу, что я ходила за город гулять.
Так что ужин прошел довольно приятно, отец шутил, улыбался, предвкушая завтрашний выходной, планировал, чем мы втроем займемся.
Я же думала о том, как мне завтра с утра удрать, чтобы отправиться с Тэодором в лес. Если опоздаю, то Йоланта устроит так, что ждать меня никто не будет.
Покушали, посидели вместе, попили чаю с конфетами, мама откуда-то принесла коробку желейного ассорти, и отправились спать. Я некоторое время постояла, посмотрела на светящиеся окошки соседнего дома. Тэодорушка там не спит. Наверное, занимается чем-то важным. А мне спать очень хотелось, так что я переоделась и нырнула в кровать, надо отдохнуть перед завтрашним днем.