Прохор опять захихикал и уставился на Стэйси.
– Лена, – горячо зашептала девушка ей в затылок, – Лена, я прошу вас, я готова ночевать даже в сарае или на улице, но только не здесь. Пожалуйста.
– Прекрати немедленно, – цыкнула на нее Лена и процитировала Ба Мери, – таким людям нельзя показывать свой страх.
Эндрю не успел ничего сказать, как Лена вмешалась в разговор:
– Сколько человек можно разместить в одном доме?
Коричневолицый проигнорировал ее реплику и продолжал смотреть на мистера Николаенко. Лена поняла, что своим вмешательством она значительно усложнила задачу Эндрю. Судя по всему, в здешней местности женщины за людей не считались. Это трудно было представить Стэйси, родившейся и выросшей в Америке, стране почти полностью победившего феминизма, но Лена (опять таки из рассказов Ба Мэри) знала, что в России, в глубинке, такое отношение к женщине считается нормой.
Эндрю пришлось повторить вопрос:
– Сколько человек можно разместить в одном доме?
Опять молчание, коричневолицый что-то прикидывал в уме, затем произнес:
– Прохор, в общем, верно сказал. По два человека можем поселить. Редко где по три. Тут у Люськи, он ткнул пальцем в тихо стоящую в дверях женщину, трое запросто могут лечь. Так?
Все головы повернулись к Люське. Она важно кивнула и хрипло добавила:
– И деньги мне.
– Шиш тебе, а не деньги, – спокойно ответил коричневолицый и вновь обратился к Эндрю, – сами решайте, кто тута будет ночевать. Как решите, будем остальных селить.
– Одну минутку, – сказал Эндрю и, подхватив Лену и Стэйси под руки, потащил их на улицу.
Около крыльца, сгорая от нетерпения, приплясывал юный Мерлинус:
– Ну, что? – накинулся он на Стэйси с Леной (от Эндрю парень старался держаться подальше), – Нас пустят в дом?
– Пустят, пустят, – отмахнулся от него Эндрю.
– Послушайте, мистер Николаенко, – визгливо начал Брайан, – я не понимаю, по какому праву вы ведете себя так, как будто вы здесь главный. Мистер Виальдо…
– Пошел ты в задницу вместе со своим мистером Виальдо, – огрызнулся Эндрю, – чтоб ты знал, денег твой мистер Виальдо в проект вложил сорок процентов, а шестьдесят вложила моя семья. И почему-то за свои шестьдесят я еще должен торчать в этой дыре, в то время как мистер Виальдо спокойно сидит в своем кондиционированном офисе и пьет виски.
– Мистер Виальдо вообще не употребляет алкоголь, – вступился за шефа Мерлинус.
Эндрю не счет нужным реагировать на это замечание, демонстративно повернулся спиной к Брайану и сообщил остальным, что нужно будет разбиться на группы, потому что больше двух, максимум трех человек в доме разместить невозможно.
Охранники (или все же телохранители) отошли в сторону, давая тем самым понять, что одна группа уже есть.
– Так не пойдет, – опять вмешался Мерлинус, – получается, что кто-то останется один.
Стэйси вздрогнула:
– Нет!
– Я думаю, – Мерлинус для солидности откашлялся, – что с женщинами должен быть кто-то… Кто-то сильный.
Лена усмехнулась. Это и в самом деле прозвучало смешно, потому что двое сильных вооруженных мужчин желали разместиться вместе. От остальных толку было маловато. Истерик Брайан, как бы его самого не пришлось защищать. Мерлинус… Мальчик, конечно, неровно дышит к Стэйси, но вряд ли сможет что-то сделать, если в дом полезет Прохор, да еще с дружками. Она живо представила себе трех Прохоров со слипшимися волосами и слюнями на подбородке, ее передернуло от отвращения.
– Вместе с вами, – обратился Эндрю к охранникам, – переночует Лю.
Он взял парня за плечи и подвел поближе. Один из охранников выплюнул жевательную резинку и заговорил:
– Нет. Мы будем вдвоем. У нас есть четкие указания, и мы их выполним, нравится тебе это или нет.
– Не спорь с ними, – сказала Лена, – пусть, что хотят, то и делают. Лю пойдет с нами, со мной и Стэйси. Брайан может составить компанию Мерлинусу, а ты – Нэнси.
– Я не согласен, – выкрикнул Мерлинус.
Ясное дело, он был не согласен. Как можно упустить шанс переночевать под одной крышей с девушкой, которая нравится. А вместо этого ему предлагают разделить кров с толстым и неприятным типом. Ситуацию разрядила Нэнси, согласившись переночевать в одном доме с Брайаном. Режиссер этому совсем не обрадовался и тут же забубнил себе под нос что-то вроде «не хватало мне еще третьесортных актрисулек». Нэнси мужественно не обратила внимания на его ворчание. Мерлинус, скрепя сердце, согласился на кандидатуру Эндрю Николаенко, успокоив себя тем, что Николаенко – продюсер, а при таком раскладе выходит, что он, Мерлинус, вроде как представляет второго продюсера Закарию Виальдо.
– Все разобрались? – подвел итог Эндрю.
Члены группы недружно закивали, все страшно устали, хотелось бросить вещи, лечь и заснуть. Конечно, желателен был бы еще горячий душ, но здешние жилища вряд ли могли предложить такую опцию.
– Ты пойдешь со мной, – сказал Эндрю Лене и, не дожидаясь ответа, пошел обратно к избе.
В доме картина не изменилась, разве что прозрачной жидкости в бутылке поубавилось, да взгляд кудлатого Прохора и без того не сильно проницательный, стал еще менее осмысленным.