Дорога в Минванчжуан тянулась вдоль старого русла, завидев на ней отцовы грузовики, люди бросили полоть сорняки и поливать посевы и побежали навстречу. Солнце сияло над головой, будто золотой слиток, и деревня лоснилась под его лучами, кирпичные особняки и дома с черепичными крышами, построенные на кровяные деньги, впитывали весеннее солнце, а на стеклянных окнах и дверях, на облицованных белоснежной плиткой стенах кровяных домов играли золотые лучи, и от этого в Минванчжуане было еще теплее и светлее. Два больших грузовика привезли на торговый пятачок восемьдесят черных гробов, гробы возвышались над кузовами, словно лаково-черные горные хребты. В ноздри ударил резкий аромат черной краски, и с первым порывом ветра Минванчжуан затопило новыми запахами: запахом черного лака, запахом белой стружки, запахом желтого клея, запахом железных гвоздей, скреплявших доски, эти запахи ворвались в деревню, разом заглушив благоухание весенних полей. И все улочки, все переулки Минванчжуана наполнились лаково-черным гробовым запахом.
Отец гробов почти не касался. Он привез с собой молодых помощников, один заполнял бланки, другой вытаскивал гробы из грузовика, а отец сидел за отдельным столом, попивая воду, подзывал к себе больных с готовыми бланками, собирал бланки, пересчитывал деньги, складывал их в черный портфель, а покупателю вручал квитанцию, с которой тот шел к грузовику получать свой гроб.
Минванчжуан был намного богаче Динчжуана, совсем как село Шанъянчжуан из уезда Цайсянь, куда деревенских возили на экскурсию, чтобы наладить в Динчжуане кровяной промысел. Хотя людей в Минванчжуане жило больше и лихоманка успела наведаться почти в каждый дом, а иных выкосила целыми семьями, в свое время Минванчжуан был образцовой деревней, главным донором уезда, и потому даже сейчас его жители хоронили своих покойников как положено, никто не выкапывал наспех яму у околицы, не бросал в нее покойников, завернутых в одну соломенную циновку. В Минванчжуане людей по-прежнему хоронили в черных гробах, но покойников было так много, что в деревне не осталось ни одного годного дерева, пришлось вырубать деревья вдоль шоссе, скупать деревья в соседних селах, и мир вокруг сделался пустым и голым. И в это самое время отец привез в Минванчжуан два грузовика гробов.
Как говорится, одарил углем в зимнюю стужу.
