Могло пройти несколько мгновений или несколько часов, когда мужчина, наконец, сбросил с себя оцепенение. Почуяв это, тварь сложила крылья и припала к земле. Только сейчас Тейлус заметил лежащую чуть в отдалении от неё корзину. С его сыном. С его Фабийоллем. Он должен любой ценой вернуть своего мальчика, должен принести его домой. Но едва Тейлус сделал шаг, как красноглазое чудовище дёрнулось ему навстречу, грозно открыв клюв. Из его глотки не вырвалось ни единого звука, но в ушах у путника резко засвербело и появилось желание немедленно зажать их руками.
— Уходи, кыш! — дрожа от страха, крикнул Тейлус.
Собственный голос показался ему мышиным писком. «Кошка» даже не отреагировала. Отвернувшись от человека, она направилась к корзине. Вызывающе медленно, едва шевеля своими уродливыми конечностями и по-утиному переваливаясь с одного бока на другой. Ей явно было неудобно на земле, тварь всё время помогала себе длинным гребенчатым хвостом, чтобы не завалиться.
Кинуться наперерез, схватить корзинку и бежать, но ноги сделались непослушными, словно набитыми сеном. Тейлус едва смог сделать ещё один шаг, и тварь тут же повернула в его сторону голову, готовая вновь окатить путника волной своей ненависти. А потом, как наседка, накрыла корзинку своей тушей. Над бронированной спиной поднялись два крыла, окружая тварь непроницаемым плащом. Длинная шея изогнулась, пряча голову куда-то под грудь монстра, и весь он стал поход на диковинную палатку кочевников.
«Что она делает? — Мысли заметались в голове просыпанным на пол горохом. — Жрёт! Да она же жрёт моего сына!»
