– Мне пора, – подошла к нему Лина.
Мужчина не ответил. Развернувшись, он крепко прижал ее к себе и приник к ее губам долгим, страстным поцелуем. Словно в последний раз, мелькнула в голове у девушки противная мыслишка. Она отвечала столь же жадно, словно прощаясь. С трудом заставив себя остановиться, они отступили на шаг друг от друга. Взгляд глаза в глаза. Лина отвернулась и пошла к дороге. Когда кустарник и стволы деревьев надежно скрыли ее от глаз мага, она остановилась и вытерла навернувшиеся на глаза слезы. Потом достала из-за пазухи треугольник черного платка и повязала его на манер банданы. Крошечным угольком нарисовала на лице полосы, подражая героям американских боевиков. Теперь действительно все. Назад пути нет. Уверенным шагом девушка вышла к их засаде. Одно дерево уже было обрушено поперек дороги. До появления архимага оставались минуты.
Первые минуты Лина боялась, что у нее ничего не выйдет. В горле образовался ком, мешающий говорить. Был страх, что Казар не отвлечется на их засаду, сожжет преградившее путь дерево, и ускачет. Потом она опасалась, что он применит какое-нибудь хитрое заклинание, типа усыпляющего газа, и перебьет их еще тепленькими. Боялась и любимых ею в игрушках заклинаний типа града метеоритов. Но ничего этого не было. Все шло так, как и было задумано.
Сначала маг вынужден был активировать защиту, потом применил заклинания, а после уже они перешли в наступление, проверяя на прочность щиты Казара. Лина не отставала от лучников, метая дротики. Было непривычно, что вместо соломенного чучела или обычного щита перед ней живая мишень, но девушка активно уговаривала себя, что с ее целью ничего страшного не случится, а если и случится, то он это заслужил уже за то, что сделал с ее жизнью. Дротики, больше похожие на те, что использовались при игре в дартс, чем на классические боевые дроты древнего мира и средневековья, ударялись о прозрачный щит и словно сгорали, как и стрелы лучников.
Но вот выстрелы стали все реже. Лина подняла руку, показывая лучникам, чтобы те отходили на запасные позиции, расположенные в стороне от тропы. Мужчины, призванные стать еще двумя «загоняемыми», напротив, переместились чуть ближе. Жестом девушка дала понять, чтобы они выдвигались на заранее примеченные позиции. Если что-нибудь случится с одним, другой примет эстафету. Главное – привести архимага к капищу. Дав соратникам отойти достаточно, чтобы не привлечь излишнего внимания, девушка вновь заговорила.
– Ну что, дедуля, не передумал? Может все-таки отдашь цацки да деньги. Мы тебя отпустим. Даже коня оставим.
– Ах ты ж… – в сторону кустов полетело очередное заклинание.
Девушка вовремя пригнулась, и оно пронеслось над головой, немного проредив прикрывавший ее куст.
– Ну и жмот же ты, дедуля, – буркнула девушка.
– А ты нахалка, – неожиданно для нее парировал Казар. – Может, покажешься.
– Ты еще попроси постоять, пока будешь меня поджаривать, – Лина веселилась, копируя героинь фентези. Кто бы знал, что прочитанное пригодится на практике.
– Зачем просить, – усмехнулся маг, – я тебя и так смогу обездвижить.
– Поймай сначала, – девушка выбралась из укрытия, и теперь сидела на низком старте, готовая как спрыгнуть обратно, так и ломануться сквозь заросли к Сартону.
К ее удивлению, архимаг спешился.
– Что ж, посмотрим, что за чудо в лесах завелось, – неожиданно бодро он перепрыгнул канаву, отделявшую лес от тропы. – А то разбойники у нас повывелись, скучно стало.
– Делать мне нечего, только тебя веселить, – ответила Лина, припустив в чащу.
Сначала Казар колебался, опасаясь, что его хотят заманить в засаду. Потом проверил защитные чары, и, криво улыбнувшись, последовал за девушкой. Разбойники на пути из Солта в Итарру. Это было интересно. А заговор, что ж, он может подождать. Всегда можно будет объявить, что в их появлении виновен король. Опять же гибель Тамии можно будет свалить на них, что только прибавит популярности в глазах простого народа. Девчонка сглупила, не рискнув напасть на него с обычным оружием. Интересно, как долго она будет умолять о смерти. Казар усмехнулся. Сначала он вдоволь насладится ее телом. А потом будет пытать, пока она не сознается во всех грехах этого мира. После чего ее можно будет доставить в столицу и представить народу, как убийцу.
Лина осторожно скользила по лесу. Как это было похоже и как не похоже на ее сны. Да, там она тоже убегала от преследования архимага. Вот только во сне она была жертвой, вынужденной спасать свою жизнь. На деле она стала загонщиком. И не беда, что на охоте они оказываются позади животных. Здесь иная охота и иные правила.
