— Сестренка. Я вот все думаю, — вдруг заговорила Эйра, да так внезапно и на мысль, что Юки невольно вздрогнула. — А почему именно десять лет назад? Что такого особенного могло тогда произойти, что мы очутились именно в этом воспоминании генизы?
— Погибла вся моя семья. А больше я ничего не знаю.
Эйра перестала жевать травинку, приподнялась и села.
— Прости. Я не знала.
— Ах, ничего… Я уже давно с этим живу. Хотя странно, что ты не знала. Я считала, что теперь ты меня всю насквозь видишь.
— Ну, то что я наэлектризовала твои капельки еще не значит, что я их понимаю. Я просто… Живу благодаря тебе, вот и все. Как паразит.
— Не говори так. Паразиты вредят, а ты… Ты, вон, заботишься обо мне.
Она поднялась, поднялась и Эйра.
— Пойдем? По-моему уже достаточно темно.
Они выбрались из леса и, по уже напрочь скошенному полю, пошли к деревне, стараясь ступать по темным земляным полоскам, где не торчала острая солома. У околицы они свернули на проселочную дорогу, сухую и тепло пахнущую пылью. Из-под первого же забора на них залаяла собака. Потом другая, третья и вот уж вся деревня, точно свора, гавкала им вслед на разные лады. В некоторых окнах горел свет, в других зажигался, но лишь для того, чтобы хозяин высунулся и прикрикнул на собаку. Остановившись у двора, из которого на них никто не лаял, Эйра заглянула через забор, пожала плечами и постучала. На раскатистый грохот жести тут же со скрипом распахнулась входная дверь дома и послышался резкий мужской глосс:
— Кто там?!
— Простите, что так поздно! — крикнула в ответ Эйра, — мы сами не местные, попали в неприятности и… Нам помощь нужна небольшая.
— Помощь, — брюзгливо передразнил голос, но спустился с крыльца и подошел к калитке.
В лицо Юки ударил луч карманного фонарика, потом в лицо Эйре.
— О, близняшки, — и голос, ощупав их фонарем, добавил уже не так резко. — Вы что, цыганки какие?
— Хуже! — вздохнула Эйра, — небесные дайверы. Слышали про таких?
— Парашютистки?
— Почти. Только выше и круче.
— Угу, — задумчиво произнес хозяин и тут же добавил, — допрыгались, значит? Ну что ж, входите, рассказывайте.
Дальше прихожей хозяин сестер не пустил, сославшись на то, что ребятня уже спит, а супруга слегка простудилась.
— Напилась молока холодного, теперь вот ангиной мается, — пояснил он. — Говорил ей, не пей с холодильника, неее, жарко всё.
На вид мужичку было лет сорок-сорок пять, щетинист, пузат и легкой отдышкой. Он расхаживал по своему жилицу с голым торсом и чего совершенно не смущался. Усадив сестер за шикарный дубовый стол, он попросил их обождать маленько и вышел в смежную дверь. Воспользовавшись его отлучкой, Юки с любопытством осмотрела комнату. Не сказать, что б жили тут богато, но с толком. Холодильник, к примеру, едва урчавший в углу, был таким огромным, что в нем, пожалуй, они могли спрятаться вдвоем. Опять-таки, кухня, занавеси на окнах, сами окна выглядели просто, но добротно. Как и сами стены, облицованные деревянными панелями. Юки усмехнулась, сравнив ее со своей коробченкой. Тут она попала в хоромы царские, не иначе.
Хозяин вернулся с кружками, щелкнул электрический чайник, достал из шкафа конфетницу с печеньем, поставил все на стол и, обратившись к чреву холодильника, промолвил.
— Я Ярослав. Славик, если по-простому. Вы кто?
Сестры представились.
— Угу. С дальнего востока, стало быть. Рассказывайте, откуда вас к нам в Самарскую область занесло?
Эйра украдкой лягнула Юки под столом и завела свою выдумку. Пока она распиналась, Ярослав накромсал бутербродов, поставил их на стол и уселся напротив, подперев голову кулаком. Когда чайник щелкнул, он все так же, не прерывая рассказчицу, заварил чай и вернулся в прежнее положение. Вид у него был скучающий. Когда Эйра закончила, он молчаливым жестом указал им на бутерброды и сам взял один.
— И кой черт, вам на месте не сидится? Дети-то есть?
Юки сконфуженно потупилась.
— Не, молодые мы, — бойко ответила за двоих Эйра. — Не напрыгались еще.
— Смотрите, что б поздно не стало. Значит, смотрите… Девки, как я погляжу, вы ничего, путевые. По крайней мере не сопрете ничего. Ночлег вам будет на чердаке — он нормальный. Доделать, правда, еще не успел. В начале года переехали в это новый, хм, «новый» дом. Делов в нем еще громадье. Так вот, там раскладушки есть, матрацы. Разберетесь. Хлам от старых хозяев если что к стене спихнете. Вот. Завтра дам вам на билеты немножко, до Самары доберетесь автобусом. Там будет кому встретить?
— Угу. Спасибо вам.
— Есть за что. Я спать. Да и вам пора.
Он поднялся.
— Бутеры с собой возьмите. И еще. В таком виде вам лучше на большую дорогу не выходить. Там же на чердаке найдете шкап, в нем тряпье женино старое. Выберете, что понравится. Она у меня такая же селедка, как и вы. Лестница наверх — там. Всё, до утра.
Провести освещение на чердак Ярослав не успел, потому великодушно снабдил гостей карманным фонариком.
Пауков и паутины видно тоже не было. Разве что немного пыли.
— О, как же я устала! — выдохнула Эйра и рухнула на одну из кроватей. — Никогда бы не подумала, что быть живой это так тяжело.
