Но (и я посмотрел на толпу….. вокруг лагерного костра, который ОНИ разожгли перед входом в одну руину) Но мы ведь и не !страдаем по-настоящему. Нам, конечно, порой бывает плохо, однако Страдание, Боль выпадают на долю лишь 1окому. 1жды в рабочий перерыв я подобрал брошенную кем-то газету & стал читать те повседневные&повсенощные истории, которые теперь, в пору нарастающей инфляции, заполонили первые полосы:
3летний малыш, которого избивали, сменяя друг друга, родители : долгие ночи истязаний, сперва отец потом мать, наносили ему удары, били головой о кафельную плитку в ванной. Мать его бьет, а он шепчет – Мама Мама, потом больше не шевелится –; родители в ту же ночь расчленили тело ребенка на куски, расфасовали по пластиковым пакетам & на следующий день бросили пакеты в печь для сжигания мусора – нескончаемые нескончаемые часы умирания : в доме для престарелых старая, не встающая с постели женщина (ее лицо на тонкой газетной бумаге, с пощечинами и штемпелями просвечивающих типографских знаков, показалось мне сморщенным и усохшим – птичьим; тело у нее совсем маленькое, словно уже мумифицированное), и ей, больше не способной говорить, чужие руки меняют простыни, ее моют & кормят с ложки; на лице у нее застыла хныкающая гримаса, и она, будто утопающая, ухватилась за ногу молодой сиделки – это другое, но еще страшнее, чем утонуть-в-воде : тонуть в нескончаемых часах собственного=1окого От-Мирания – Только ведь быть=одиноким (и я посмотрел на темные теневые зубцы руин), одиноким Быть это Сегодня так же трудно и так же недостижимо, как сама-Смерть. В тот раз, продолжая листать газету, я нашел сообщения о демонстрациях забастовках маршах или погромах, устраиваемых футбольными болельщиками. И сквозь тонкие газетные страницы просвечивали, в зеркальном отображении, заголовки с первой полосы: КРИЗИС САРАЕ ОБОСТРЕН ВОЙНА НЕИЗБЕЖН СБЕРЕГАТ ТАРИФН СНАБЖ КРИЗИС ЭСКАЛ :жирные тяжелые буквы, которые впечатывались в эти истории об убийстве и смерти….. Но ведь даже когда мы протестуем & устраиваем забастовки, увязываем нашу индивидуальную ярость по поводу всегдашнего Слишком-Поздно в узлы общественных организаций & чеканим расхожую монету идиотских слов, а потом, под коллективное улюлюканье & свистки, горстями разбрасываем эту мелочь по улицам & площадям – даже тогда мы !не страдаем. !Именно тогда – уж точно нет. Вон они собираются снаружи: теневые силуэты, коллектив, компостная куча – в которой все превращается в перегной & в которой все раз-воплощается: ярость и радость и ненависть & что там еще, из-за чего прокисает всегда слишком долгая жизнь: детские фантазии & надежды, вынашиваемые отнюдь не детской, но уже от рождения старой, смертоносной плотью…..
