И зимой и летом он носил сапоги; только 1жды довелось нам увидеть его без привычной рабочей формы. В прошлом году начальство фирмы пригласило всех сотрудников отметить Рождество в столовой головного предприятия – шефы, видно, решили ради нас разориться: потратив почти всю наличность, отложенную на непредвиденные расходы, они закупили в ближайшем супермаркете несколько дюжин ½ сладкого Rüttgers Club – : выбор сорта шампанского ассоциировался со многим: молодые люди, понижавшие свою квалификацию в Иностранном легионе, все были мини-Странтами Рютгеровского Будущего[15]; но сперва нам предстояло выдержать речь директора. Только 1 не хватало в этом просторном зале: Того, кого они называли Совой (и который, как БРИГАДИР, был в их глазах Почти-Шефом, так фельдфебель для солдат – почти-офицер). Когда Директор, во время своей речи слегка покачивавшийся на ногах, как если бы он думал, что слова его звучат от этого более доверительно, в конце концов, сияя, поднял бокал &, раскинув руки, словно хотел обнять всех в зале, патетически выкрикнул – мы=!Все Ра Бочие и Слу Жащие на этой=нашей фирме образуем !одну большую семью и как всегда было принято в больших семьях в хорошие и в плохие времена крепко держимся друг за друга. А потому я желаю всем моим Сотруд Никам и Сотруд Ниццам ща!сливого Рожде – : последнее слово, словно недожеванный кусок, так и осталось в его распахнутой глотке, потому что дверь зала вдруг толчком распахнулась, из-снаружи, как могучий кулак, в помещение вдвинулся ледяной холод, и он, этот белокурый человек, окутанный, словно сказочное существо, облаком пара, материализовался из воздуха на пороге – в одних бермудах & пляжных сандалиях, с большой бутылкой пива в руке. Из горлышка изливалась пена; человек, которого ОНИ называли Совой, угрюмо&молча прошелся, роняя пивные кляксы, по замершему в хрусткой тишине залу – и после снова исчез за дверью, в холодном мраке. Он не сказал ни слова, однако впечатление осталось такое, как если бы он прорычал проклятье & плюнул в бокал Директора –.
