– Привет, Джек. Когда пойдём проповедовать?
– Как раз собирался, – ответил я и ехидно глянул на ротвейлера. – Ну, что, теперь я в безопасности?
– Теперь я боюсь за тебя ещё больше, – буркнул Роти.
– Не доверяй этой болонке-переростку! – протявкал Хуа, пытаясь найти хоть малейшую щель, чтобы протиснуться ко мне. – Ты что, предашь своих давних друзей ради какого-то проходимца?
– Да не собираюсь я никого предавать! – с чувством воскликнул я. – Мы всего лишь дойдём до питомника и кое-что попробуем сделать!
– Будем нести свет истины в умы падших людей, – весомо добавил Сеня.
– Смотрите там своими свечками пожар не наделайте! – возмущённо провизжал модник. – А то у нас с пожарными проблема. Нету их.
– На улице божий день, – возразил ему сенбернар. – Ни свечей, ни костров не потребуется.
– Слыхал, Джек? – Хуа никак не хотел успокаиваться. – Он теперь о кострах заговорил! Нам здесь только инквизиции не хватало!
– Давайте, выпихивайтесь из двери, – я похлопал Роти по пиджаку. – Нам в любом случае надо отсюда выходить.
Голова сенбернара исчезла. Ротвейлер тоже повернулся и пошёл к лестнице, ворча на ходу:
– Сходили бы вместе к лисе, а потом и до питомника добрались. Всё равно надо мальчонку туда вернуть. Да и периметр после его побега не мешало бы проверить. А то ещё кто-нибудь сбежит, и лови его потом. Так нет же! Всё надо сделать наперекосяк!
Из этого потока недовольства я вычленил только одно.
– Не надо возвращать Маугли в питомник! – крикнул я ему вдогонку. – Он совершенно нормальный! Кроме того, он может быть нам полезен здесь. Нам всегда пригодится пара человеческих рук.
– Ну, не надо так не надо, – согласился Роти. Он вдруг остановился, и я уткнулся в его спину. – Вот что, – повернувшись, сказал ротвейлер, – давай всё же сделаем по-моему. Сначала навестим лису. Ежи с зайцами пусть живут себе, где хотят. А потом все вместе отправимся в питомник.
Я вздохнул. Хотелось бы, конечно, поскорее попробовать этот странный способ исцеления. Но я пока ещё не совсем верил в рассказ черепахи.
– Ладно. К лисе, так к лисе, – я обернулся в сторону двери моей квартиры: – Маугли! Побудь пока здесь! Никуда не ходи, дождись нас!
Как я и упоминал ранее, Лорд проживал в двух кварталах от нас. Он занял почти весь первый этаж во втором подъезде старенького панельного дома. Три из четырёх квартир. В четвёртой остался почти слепой персидский кот Фердинанд, с которым ризеншнауцер дружил, как он говорил, с детства. А ещё в одной из принадлежавших Лорду квартир поселились две беззубые кошки, хромой бассет и такса с травмой позвоночника, из-за которой у бедняги отказали задние лапы. В общем, это был своеобразный дом престарелых, о которых заботился хозяин этажа.
Издалека мы увидели медленно прогуливающуюся вдоль улицы парочку. Тележка, заменяющая таксе задние конечности, поскрипывала. Бассет переваливался с боку на бок, как утка, и покряхтывал в такт шагам. И, думаю, не надо упоминать, что двигались собаки по-старому, а вовсе не на двух ногах. Это при их длинных телах и коротких лапах и так было бы невозможно. А уж учитывая проблемы со здоровьем и подавно.
– Привет пенсионерам! – поприветствовал их Хуа, приблизившись на расстояние трёх шагов. Дальше, думаю, они бы нас попросту не услышали.
– Доброе утро, – уныло проговорил бассет и добавил: – В чём я, лично, сомневаюсь.
– Нормальное утро, Иа, – бодрым голосом протявкала такса. – Жизнь прекрасна, и каждый день приносит нам что-то необыкновенное. Вы к нам?
Сеня, который увязался за нами, с уважением поглядел на неё и заметил:
– Какое удивительное жизнелюбие в столь ветхом теле. Как твоё имя, сестра?
Такса подозрительно покосилась на бугая-проповедника, но всё же ответила:
– Зови меня Марта, братан. Сам-то откуда взялся?
– Я узрел путь, – произнёс сенбернар.
– Поздравляю, – промямлил Иа. – Не все могут… А другим и не хочется…
– Марта, – вступил в разговор я, – к вам вчера лиса приходила?
Такса и бассет переглянулись.
– Ты про ту рыжую собаку в комбинезоне, что ли? – изобразила понимание Марта.
– Да, про неё, – подтвердил я.
– Только она не собака, – добавил Боб. – Она из лесных.
– Наглая рыжая морда, – с чувством проговорил Иа.
– Что она натворила? – проявил любопытство Роти.
– Не драматизируй, Иа, – такса покачала головой. – Ничего такого ужасного. Ну, пофлиртовала чертовка с нашим старичком Лордом. Что ж такого?
Хуа захихикал.
– Ну, хитрюга! – сквозь смех проговорил он. – Ловко в доверие втирается!
– И где она сейчас? – Боб не стал вдаваться в подробности о личной жизни местных обитателей.
– Думаю, у себя, – ответила Марта. – Лорд ей отдельную квартирку выделил. Но там хлама всякого было по брюхо. Так что рыжая прибирается. Как-то привлекла к уборке Фифу и Бонни.
Это она говорила о престарелых кошках.
– А нас не взяла, – пробурчал Иа. – Говорит, мы неуклюжие.
– Но мы и вправду неуклюжие! – хихикнула такса. – Даже не представляю, как бы я в том свинарнике на своей тачке разворачивалась. А ты б и вовсе ненароком посшибал с ног всех, кто рядом.
– А Фердинанду почему можно? – с обидой спросил бассет.
