Казалось бы, чего проще: пристукнул оказавшуюся возле засады жертву, дотащил ее до укромного места, влил в глотку парализующую отраву, а дальше спокойно заполняй капсулы. Однако Пардух и тут оплошал. Обитая длительное время в стороне от больших городов, он попросту отстал от жизни, прошляпив появление новых амулетов, которые четко реагировали на угрозу жизни их обладателей.
«Разумнее было взять паузу и заняться девчонкой Платона, которую отыскал Саржин, а не пылать жаждой мщения. Теперь ни Саржина, ни той девки, что могла вывести на Платона. Осталось надеяться только на Родкина. Вот же послал Вард ученичков – за полгода не нашли никого!»
Когда чайник закипел, колдун поднялся с кресла, достал из шкафчика глиняный кувшин с лечебным сбором трав и залил его кипятком.
Пострадавшему пришлось воздержаться от любых магических воздействий, даже целебных. Похоже, не успевшая окончательно оформиться спираль мрака, которой он пытался прибить профессора, ударила разлетевшимися отголосками по своему создателю.
«Пока придется лечиться как обычному обывателю – травами. И чего Саржину приспичило появиться в столице одновременно со мной? Если бы дней на десять припозднился, глядишь – ничего не случилось бы ни с ним, ни со мной».
Во время пребывания в столице Пардух получил магический сигнал. Один из учеников настоятельно просил с ним связаться. Воспользовавшись заклинанием, колдун узнал, что неподалеку находился Саржин. После их встречи кровавый волшебник решил привлечь подопечного к операции. И вот результат!
Про одаренного, который убил мага-ритуалиста и ворону-разведчика, Пардух уже начал забывать, решив, что тот сгинул, раз уж его так долго не могли найти. Саржин напомнил об обидчике, и колдун добавил к списку прегрешений личного врага и свое нынешнее тяжелое ранение, ведь главной причиной его визита в столицу стало прекращение поставок крови одаренных.
«Очень надеюсь, что Платон еще жив – он мне слишком много задолжал, так что просто обязан заплатить за свои злодеяния. Надеюсь, Родкин вскоре отыщет этого паршивца, и тогда состоится очень серьезный разговор!» – Пардух представил подвешенным на крючьях парня, умолявшего о пощаде.
Перелив содержимое кувшина в кружку, колдун, прихватив напиток, все-таки вернулся на кровать.
«Когда малость оклемаюсь, надо будет собрать всех учеников и поставить им основную задачу. Сколько человек там осталось – шестеро? Ладно, вызову пятерых, а Родкин пусть продолжает поиски. Вот теперь уже спешить не буду. Мне все равно потребуется не меньше тридцати дней на выздоровление».
Ученики Пардуха специализировались на магии воды или ее более узкой специализации – крови. На первых порах одаренные работали со своей кровью или с теми капсулами, которые выдавал учитель. Сами они пока не владели техникой отбора «топлива» для могучих заклинаний.
«Придется все-таки выбрать из них парочку более достойных», – усмехнулся Пардух.
Когда колдун посвящал кого-то в свои самые важные тайны, сначала он проводил обязательный ритуал преданности, после которого при первой же (и последней) попытке предательства избранный забывал, как дышать.
Разрабатывая в голове планы на ближайшее будущее, Пардух выпил настойку и снова лег в кровать. Чувствуя накатившую слабость, он собирался поспать пару часиков, но стоило задремать, как поступил магический сигнал.
«Забери тебя пустота, Родкин! Что там еще стряслось?»
Ученик сообщал о Платоне – наглец все-таки был найден.
«Как же это сейчас не вовремя!» – мысленно простонал Пардух.
Сам он временно выйти на охоту не мог, и приказал пока просто не выпускать добычу из виду.
До буйного сезона оставалось еще пять-шесть дней, если только он не начнётся чуть раньше или, наоборот, припозднится. Учитель советовал попасть на просторы степи в первые часы буйства, чтобы хоть частично снизить риск. Поскольку до перевала нужно было добираться не менее суток, мне следовало поторопиться.
В этом году, например, степь пробудилась раньше обычного календарного срока, однако грозовой сезон вступил в свои права вовремя. Учитывая это, я начал собираться в дорогу, наметив отъезд из деревни на завтрашнее утро.
«Совершенно не хочется уезжать. Здесь я, даже несмотря на изнуряющие тренировки, впервые ощутил некую защищенность, что ли. Думаю, учитель абсолютно прав – для дальнейшего развития мне требуется максимальный уровень опасности. Опять же, теневой образ сам не создастся, а без него говорить о любом развитии не имеет смысла. В общем, куда ни плюнь, везде поджидает песец, забаненный наглухо. И, пока я его не одолею, хорошего ждать не приходится».
