Возглавляемые виконтом люди графа Рунского, прибыв из Туреина, остановились в гостевом доме старосты, который специально для титулованных приезжих всегда держал наготове двухэтажный особняк. Бароны и баронеты посещали Руданы нередко, поскольку в селении обучались их чада. Далеко не все отпрыски дворян имели достаточно мощные для поступления в академию источники магии, но при старательном обучении могли добраться до первых рангов магического ремесла. Естественно, на них лучшие заведения Миригии тратить свои усилия не собирались. Выгоднее продать лицензии видящим магам, их ученики все равно принесут монеты при сдаче на ранг.
Иргум занимал две лучшие комнаты на втором этаже гостевого дома. Бóльшую использовал в качестве рабочего кабинета и столовой, а меньшая служила спальней. Вернувшись к себе, он переоделся в удобную домашнюю одежду, разместился в большом кожаном кресле возле столика и принялся прокручивать в голове состоявшийся разговор с Алтоном. Виконта настораживало поведение дерзкого молодого человека. Мало того, что он не проявил к вельможе должного почтения, так еще на лестное предложение практически не прореагировал.
«Да любой другой на его месте ошалел бы от радости, узнав о принадлежности к древнему роду! А у этого – ноль эмоций и какие-то нелепые отговорки…»
Порадовал виконта лишь один итог их встречи: трезубый амулет, соприкоснувшись с Алтоном, действительно сгорел. Теперь не приходилось сомневаться: парень – именно тот, кого ищет брат. До сегодняшнего дня Иргум не доверял словам Одоха, главный волшебник Ибериума мог и обмануть, прикрывая какие-то свои делишки. Не зря же прибывший вместе с виконтом в Ибериум волшебник сообщил, что лаборатория местного мага показалась ему подозрительной.
«Алтон пытался меня убедить, что его с кем-то спутали? Пожалуй, это единственная глупость, допущенная им во время разговора. И даже уличенный во лжи, он совершенно не стушевался. Настолько уверен в себе?»
Иргум машинально рассматривал стоявший напротив шкаф, отдавая должное мастерству резчика по дереву. Похоже, всю находившуюся в комнате мебель изготовил один мастер. Пробежавшись взглядом по комоду, стульям, и диванчику с деревянными подлокотниками, вельможа вернулся к размышлениям:
«Дело осталось за малым – доставить Алтона в Руниег. И я сомневаюсь, что он отправится туда по своей воле».
Иргум не мог на чужой территории действовать нахрапом, иначе бы сразу схватил парня еще во время разговора. Впрочем, даже имей он такую возможность, не стал бы рисковать возле поместья учителя магии. Как правило, на своих землях волшебники держали наготове немало сюрпризов, способных навредить даже ему, магу восьмого ранга.
«Досадно, что тогда в Ибериуме парня упустили. Мало того, что из-за нерасторопности городских властей мы потеряли почти полгода, так еще и мороки добавилось. Вместо того, чтобы заниматься делами, приходится бегать за каким-то одаренным. Если бы не разгильдяйство Одоха…»
Волшебник Ибериума вызывал у виконта стойкую неприязнь одним своим внешним видом. Одох был худощав, на голову выше Иргума, с каким-то хитрым лисьим лицом, словно все время готовил подлянку. Рунский часто ловил себя на мысли, что буквально руки чешутся вмазать по этой морде, однако заменить пройдоху пока было некем. Должность главного мага приграничного города требовала мастерство пятого ранга, а перебираться в Ибериум не особо желали волшебники даже четвертого ранга.
От тяжких мыслей виконта оторвала служанка, которая принесла обед. Иргум оценил ее плавные изгибы, но решил не отвлекаться от важного дела, жестом приказав удалиться. Когда позже горничная вернулась за посудой, приказал позвать Одоха.
– Как думаешь, Алтон сюда придет? – спросил виконт, стоило магу войти в комнату.
– Ежели не дурак, то явится, – ответил тот, не задумываясь.
– А я вот думаю: паренек с мозгами дружит, а потому постарается скрыться как можно скорее.
– Так зачем тогда было деньги отдавать?
– Ты смеешь подвергать сомнению мои действия?!
– И в мыслях не было, господин, – испуганно проблеял волшебник. – Просто сразу не осознал глубинного смысла вашего, безусловно, гениального хода.
– Не стоит столь грубо льстить, Одох. Могу ведь и разозлиться!
– Прошу прощения, господин, – он склонил голову.
– Ладно, не маячь, как столб. Сядь!
Маг покорно устроился на краю стула. Переведя дыхание, виконт продолжил:
– Деньги я передал Платону, проверяя, можно ли его купить? Обычно у молодых людей после неожиданно щедрых подарков появляются вполне предсказуемые мысли: ежели виконт передал сотню, то сколько можно стрясти с графа? Однако Алтон отнесся к деньгам почти равнодушно, да и на мои выдумки про великий род не купился.
– Хм, и откуда в его возрасте такая мудрость?
– Это мы обязательно выясним. Но в другой обстановке и другими методами дознания.
– Но если горец сбежит, как мы сумеем его допросить?
