– Ты все верно сделал, Горх. Принеси новые блокираторы. В разговоре они станут дополнительным аргументом для теперь уже нашего пленника.
Пардуха привели в чувства сразу, как только обвешали антимагическими «украшениями».
– Вижу, что оклемался. Тогда слушай и делай выводы. Радоваться, что я вытащил тебя из лап тайной канцелярии, рано. Сначала ты должен доказать, что можешь быть мне полезен, а пока будешь вспоминать свои таланты, кратко расскажи, зачем ты понадобился людям герцога Орданского?
– Они считают, что я пользуюсь запретной магией, – хмуро ответил колдун.
– Жертвенные проклятия, зомби-мертвецы или кровь умирающих волшебников? – снисходительно поинтересовался Зордан.
– Последнее, – ответил Пардух.
– Значит, ты вытягивал энергию из погибающих одаренных… И давно?
Пленник не чувствовал ни капли осуждения в словах допрашивающего, а потому ответил:
– Почти двадцать лет.
– И все еще жив? Считай, тебе повезло. Обычно практикующие этот вид заклятий живут от силы пять лет. Значит, предрасположен к магии смерти. Неплохой дар, но развивать его стоило с ранних лет.
– Вы спрашивали, чем могу быть полезен? Чтобы ответить, мне нужно знать, какие цели преследуете вы.
Пардух привык разговаривать исключительно с позиции силы. Он диктовал условия своим ученикам, либо издевался над более слабыми противниками, но сегодня оказался совершенно не тот случай. Колдун сразу сообразил, что эти двое незнакомцев гораздо сильнее его даже при наличии у него лучшего сырья и отсутствии блокираторов. Поэтому он старательно подбирал слова.
– Цели просты – уничтожить своих врагов, – как о само собой разумеющемся сказал Зордан и со значением добавил: – А их у меня немало.
– Мои заклинания, созданные из крови сильных одаренных, не уступают девятому рангу. Если в списках ваших врагов имеются подобные маги, мог бы заняться ими, чтобы освободить от рутины.
– Что ж, надо будет поручить тебе парочку пробных заданий. Но сначала ты дашь мне клятву и обязуешься носить особые защитные амулеты. Полагаю, возражений нет?
– Возражения есть, но между смертью и рабством я выбираю второе.
– Почему? – усмехнувшись, спросил Зордан.
– Покойники уже ничего не могут исправить, а у живых еще есть хоть какая-то надежда.
– И на что такой, как ты, смеет надеяться?
– Вдруг я окажусь настолько полезен хозяину, что стану не только выполнять приказы, но и раздавать их другим слугам?
– Может быть, может быть… Горх, распорядись, чтобы ему дали комнату. Утром займемся клятвой и блокираторами.
Я, конечно, согласен, что сюзерен должен поддерживать своих вассалов, а хозяин – своих слуг, но не в прямом же смысле! Именно об этом я размышлял, обливаясь по́том, когда тащил на себе сразу двоих слуг, накануне принятых в род. И ладно бы еще хрупкая Итара, но Китлим… Парень после заточения в рабстве хоть и выглядел тощим, но весил прилично. Сначала думал перенести их поодиночке, однако побоялся, что прибежит какая-нибудь страдающая бессонницей крыса и решит отужинать спящим человеком.
Наконец, едва держась на ногах, добрался до перелеска и опустил обоих на траву. Позвал Ялгуса, который все это время наблюдал за деревней. К счастью, ни один из дрегов не оказался любителем ночных прогулок. Может, они настолько понадеялись на крыс, что не удосужились даже элементарные сигналки поставить? А может и сами опасались нападения подземных грызунов…
После краткого общения с другом решил немного поспать:
– Разбуди меня через полчаса, если сам не проснусь.
– Думаешь, удастся отдохнуть? – выказал сомнение Ялгус.
– У нас мало времени. Чем быстрее покинем остров, тем лучше.
– Посмотри на Итару. С ней что-то происходит, – напряженно произнес он, зависнув над девушкой.
Сначала не заметил ничего особенного, но мне стоило сконцентрироваться…
– Так и происходит перестройка каналов? У нее что, прорыв?
Став графом магии, я получил способность видеть некоторые проявления магии, в том числе и каналы, отвечавшие за силу волшебника. Как-то от учителя слышал, что при прорыве у одаренных происходит резкое увеличение проводимости каналов, и в это время им лучше находиться в местности высокой энергетической насыщенности. Ургас также рассказывал, что в редких случаях при прорыве происходит перестройка каналов, но для этого, помимо энергетического фона, должно произойти еще кое-что. Работа на грани истощения и высокий эмоциональный накал стояли во главе списка.
– Алтон, она может не выдержать. Нужен целитель или твоя руна, – с тревогой произнес Ялгус.
Я уже и сам заметил, что девушку буквально лихорадило. Активировал руну, и Итару затрясло сильнее. Помимо браслета, подключил еще и перстень усиления. Прижал одаренную к земле, чтобы ей не порвало мышцы. Ко мне даже подключился питомец Ялгуса, поместив бедняжку в оболочку.
Примерно через полчаса девушка пришла в норму. Присмотревшись к ее каналам, разглядел, что сеть стала более плотной. Надеюсь, Итара заметно «подросла» в плане способностей.
«Не забыть показать девочку Ургасу, – подумал я. – А сейчас надо убираться отсюда поскорее».
– Итара, проснись…
