Внезапно налетев порою,Скрывает ветер туч завесою густоюБлеск солнца, но потом редеет пелена.Вот так, любимая, и летом неспокойнымДыханьем Сириуса знойным[435]На краткий миг твоя краса опалена.Летучим облачком так милоВдруг бледность нежная и легкая покрылаТвои спокойные и томные черты.10 С каким сияньем глаз лежала ты на ложе!С какой улыбкою пригожейИ грацией слова роняла тихо ты!Ах, нам красавица намногоДороже в те часы, когда томят тревогаИ страх нас за нее. О, если есть сердца,Что красота твоя не взволновала, Фанни,Как тихое очарованьеПленит их твоего печального лица!Став притягательней и краше,20 Ты все же смертная и, знаю, общей нашейНе избежишь судьбы. Но нежно небесаЛелеют жизнь твою. Ты гордость их, отрада,Ты ликованьем сфер измладаОкружена. Твоя — божественна краса.С лугов своих сбирая травы,Мечтанья позабыв и праздные забавы,Ты к бедным шла, и был страдалец укреплен.Сама поила ты целительным настоемУста, иссушенные зноем,30 И к язвам приложить спешила чистый лен.Как не завидовать несчастным,Которых смерть томит присутствием всечасным:Ведь эти бедняки обласканы тобой!О, как сияло все под их убогим кровом,Когда улыбкой, добрым словомТы ободряла тех, кто обделен судьбой.Ты озаряла их хибарки,Как ангел радостный,[436] как отблеск неба яркий,И жизни свет затмить была не в силах мгла.40 Так жертва бедная по воле АртемидыИз рук Калхаса, из АвлидыУнесена, спастись от гибели смогла.[437]Ах, если чуждые печалиТебя, любимая, так сильно взволновалиИ на суровый рок заставили пенять,Тобой, одной тобой рожденные страданьяУжель оставишь без вниманья,Сердечным жалобам не пожелаешь внять?Свидетельницей стала Троя:50 Владыку Мизии однажды после бояВеликодушный враг, жалея, исцелил;Едва Ахилл рукой коснулся безоружнойСмертельной раны, как недужныйОт мук избавился, возврат почуя сил.[438]Когда бы каждую минутуЯ был с тобой, души ты б утишала смуту.О Фанни, для меня — ты чистый неба свет.Жить для меня — любить, пускай и без ответа,Когда же улыбнешься мне ты,60 Иного, большего блаженства в мире нет.