.............................................Свергайте с алтарей, ничтожных и лукавых,Всех этих идолов, зловещих и кровавых,Детей убийств и бед, преступных этих чад,На их ладонях — кровь, над их кострами — чад.Найдите образец, достойный преклонений:Вот праведники — их величие и гений,И добродетели, и благородный трудПреобразили мир — за это их и чтут.Забыв себя, они сердца отдали братьям,10 Чтоб верную узду ограничений дать имИ гнетом счастия их души бередить,Дабы, законы дав, их благом наделитьИ целью высшею обогатить их жизни,Внушив понятия о славе и отчизне.И что же? Им в ответ завистливый народВ лицо хохочет и презреньем обдаетВсе, что дают ему великие святые!И, как животные, зловредные, тупые,К руке ласкающей потянутся порой,20 Чтоб кровью утолить несчастный голод свой.Что из того? Святой и посреди страданийВкушает благодать возвышенных деяний.Он знает: род людской неправеден, жесток,И обречен его отверженный пророк;Он знает: между ним и дикою толпоюВитает неприязнь с досадою глухою.И что ж? Он любит их, он нужен им самим,И счастье познает, даруя счастье им.Их добродетели, их мудрость — не щедроты,30 Не воздаяние, а плод его работы,И будут платою за труд его святойИх слезы над его могильною плитой.Как сеятель, он зрит среди грядущей нивыТех, кто в страданиях его примером живы;А в глубине души справляет торжество:Там зло бессильно, там — убежище его.И, выбрав сей Олимп, верховный, совершенный,Он видит, ведает, он судит. Дух священныйВолнует ум его и чувства бередит,40 И ночью краткою во сне его томит,И пробуждает, и с постели поднимает,И до зари его усердно занимает,Такую развернув картину перед ним,В которой род людской, могуч, неутомимИ вдохновлен его деяньями святыми,Векам передает его труды и имя.Недаром исходил кровавым потом он!Пусть дух народа слеп, коленопреклонен,Пусть в дне сегодняшнем взыскует он отрады,50 Пусть робкие умы, изменчивые взглядыНе могут осознать в убогости своейВысот его ума, глубин его идей, —Он на совет к себе самих богов сзывает,Им доверяется, за них повелевает,И мир, в его словах услышав божий зов,Покорно чтит его, решив, что чтит богов.Его труды — богам на пользу и потребу.Вот так однажды он, весь обращенный к Небу,Неопалимую увидел купину;60 С его прозревших глаз Всевышний пеленуСорвал — и пробил час, когда из горней далиОн в дольний мир принес великие скрижали.[445]Вот так однажды он, за нимфою идя,[446]Узнал в густых лесах законы бытия,И, вестница чудес, божественная птица[447]Шептала на ухо ему слова провидца.Все в мире для него; весь мир ему — как дом;Его — леса, ветра, и молния, и гром;И целый мир готов воспеть его тиранство —70 О праведная ложь! Благое самозванство!О доброй западней обманутый народ:Гнет счастья для него — святой, заветный гнет!........................................Но прежде чем на свет явились государства,И прежде чем смогли искусства обрестиСвои особые и верные пути,Людей принудили потребности занятьсяНаукою письма, чтоб жить и развиваться.Что было найдено и начато письмом,Искусства прочие огранили потом.80 Так на папирусе и на тягучей коже,На алебастре и на глине, с воском схожей,И на остатках льна, скопившихся на дне,Рука искусная уже могла вполнеНевидимую мысль поймать и сделать зримой,И уловить труды души неуловимой,И одновременно, за мыслями вослед,Любой раскрасить звук, любой озвучить цвет.Когда согласия связующие звеньяНароды начали сближать и поколенья,90 Тогда земля, и шум морей, и тишь лесов —Всё поручители былых договоров —И стали кодексом верховным на планете,Который бог письма явил глазам столетий.И, верой укрепясь, несли из рода в родСвятые письмена единый сей оплот.На них и краски, и чернила растекались,[448]И первообразы на них запечатлялись,И те свидетельства природы, что смоглиИх сделать подлинным сокровищем земли.100 Оставил нам Восток среди руин несчетныхИзображения жрецов, царей, животных —Религий вымерших почти угасший звук,Грядущим мудрецам — источник тяжких мук;Запечатленные на свитках кропотливыхАнналы, сотни лет лежащие в архивах.А вот иной пример забытого письма,В котором гроздь эмблем удивлена самаТем смыслом, что ее завязывает в узел,Где каждый темный знак умы томил и узил,110 Где тело женщины с орлиной головой —О тень язычества! — покрыто чешуей.Подобных символов находим мы немало,Непритязательных, их для письма хватало,Пока еще мы шли наощупь, наугад,Когда питался ум лишь тем, что видел взгляд.Мы шли, за кругом круг, все дальше в этих нетях,Но вот пришла пора узнать, запечатлеть их —Те тонкости души, и сердца, и страстей,Что были до того укрыты от людей.120 И сразу стало нам в письме старинном тесно,И зазвучал язык темно и неуместно:В нем места не было для новых чувств и слов.И человечество, прияв язык отцов,Взяло, что надобно, от прочего избавясь, —И превратила в речь ее былую завязь.Для звука каждого теперь придуман знак:Уже спешит рука, припоминая, какЗвучат уста, успеть и образ обозначить.И стоит новому явленью озадачить130 Раскрепощенный ум, — и новый знак готов,Как новобранец, встать в ряды бывалых слов.Отныне следует дорогой протореннойДух человечества, бессмертьем одаренный.Отныне опытный резец вверяет намЗаветы прошлого, и новым временамМы оставляем все, чем дышим и владеем,И представляем суть по форме и идеям.Не зря отцы в трудах свои свершали дни:Отныне сыновьям — живой пример они.140 В едином времени живут и внук, и прадед,И в памяти они былое не изгладят.Творец и судия сегодняшнего дня,Нас прошлое ведет, лелея и храня.И отчая земля в годину испытанийОсведомляется, рассвет припомнив ранний,Как жили пращуры среди подобных бед,Былинные века сзывая на совет............................................В селениях людских сносить обреченыДвойного зла закон все смертные сыны.150 Одни — цари, жрецы корысти и насилья,Над миром властвуют в бесстыдстве изобилья.Другие, стыд забыв, презренные рабы,Лобзают их стопы, покорны и слабы,Во прахе ползая пред гордыми дворцами,Чей блеск безжалостный воздвигнут их трудами,Чей мрамор их рукой из горных вырван недр,И пот на их челе не осушает ветр.Быть естества рабом мне более приятно,Любя природы блеск святой и благодатный,160 Вдали от городов ища дворец иль храм,Где божество порой свой лик являет нам,Средь гор, смиряющих порывы молний гневных,Средь первенцев земли — дубов и сосен древних.Следа несчетных слез на сих громадах нет.Божественным огнем исполненный, поэтВзнесен на высоту, впивает воздух горний,И мощный глас его стихии непокорнейС ветрами борется, и бурных волн морскихНеистовей гремит неукротимый стих.170 И мысль, поражена пылающим вулканом,Как пламя Этны, ввысь летит к нездешним странам.Блажен, чей любит дух величье бурных дум!Тот грезит, несмущен, под волн немолчный шум,Средь скал, где горный ток на крутизне дробится,И в бездну мысль его рекой кипящей мчится.Там быть люблю и я, и песен грудь полна,Которых заглушить не смогут времена.Там, вдохновлен слепца великого примером,Во мгле людских сердец я странствую с Гомером,180 Иль, обретя порой крыла, Бюффонов дар,За грань, чья синева земной объемлет шар,Я мчусь с Лукрецием при факеле НьютонаИзведать глубь небес и мирозданья лоно.И зрю я сонмы звезд[449] в волнах эфирных рек,За гривами комет я устремляю бег.Их вес и формы их глазам моим открыты.Меня уносят вдаль их долгие орбиты,И сам, звездою став, я вспыхиваю вдруг,Объятый пламенем вхожу в их вечный круг,190 Во мне законов их живет двойная сила.Я чувствую — влекут мой шар к себе светила,И сладко мне нести их тяжесть в свой черед.Истоки бытия, причин извечный ход,Любовь и рознь стихий объемлю взором жадным.Когда же вспять я мчусь к земли равнинам хладным,Виденьем естества свой дух воспламеня,Несу я гордый стих, исполненный огня.Внемлите ж песням сим, наперсницам Гермеса.Пусть первых смертных след, что скрыла лет завеса,200 Из мрака древних чащ пред вами оживет.Я расскажу, ведя деяньям славным счет,О тех, кто Новый Свет[450] явил очам Европы,Кто, в дикий пышный край найдя морские тропы,Власть Мансанареса простер на Марамон.[451]Да знают правнуки, во мгле седых временЕвропы увидав великое боренье,Что юным был наш век, как первый день творенья.
