Итак, чадо мое желанное, прошлое мое письмо привело к вполне хорошим последствиям. Я знаю, что ты любишь меня, как и я тебя; знаю, что если бы возможно было, ты и глаза свои, вынув, дал мне, как и я тебе (Гал.4:15). Благодарение Богу, так устроившему! Тверже держись, чадо мое желанное, своего послушания. Да простится тебе, равно как и всем, всякое прегрешение. А в знак, хотя и слабый, моей исключительной к тебе любви о Господе, прими похвальное слово в честь владыки нашего Богослова, которое я, недостойный, осмелился составить для тебя и побуждаемый главным образом тобой. Итак, перепиши его начисто. Молитесь о даровании мне отпущения грехов за те ошибки и недочеты, какие я, несчастный, допустил в слове, и за грехи, в какие всегда впадал в течение всей моей жизни.
Особенно прошу вас всегда быть готовыми к предлежащему гонению за Христа, дабы все вы с Божьей милостью оказались непосрамленными. Заботься, брат, о том, чтобы вы убеждали и напоминали друг другу о подвигах за благочестие. Целуй доброго моего Дометиана; целуй Евпрепиана, единодушно со мной терпящего заключения и бедствия; целуй Феодула, верное мое чадо, целуй Митрофана, желанного моего сына; тайно приветствуй Кассиана и Нила, некогда меня огорчивших, а теперь по принесении оправдания, любезных мне сынов. Христос с вами. Любовь моя о Господе со всеми вами. Аминь.
Немногое нужно сказать тебе, любезное чадо, в этом письме, потому что в предыдущем я ответил тебе по содержанию последнего твоего письма. Впрочем, и повторение мне очень приятно. Итак, сколько могу, грешный, я желаю тебе достойно пройти подвиг не только всей твоей жизни, но и особенно — сейчас предстоящий тебе подвиг. Ведь посмотри, что стало с твоими братьями: одни, благодаря терпению в горестях, получили венцы, а другие по нерадению посрамлены. Крепись еще, крепись, чадо мое, вместе с подчиненными тебе послушниками. Будьте всегда готовы, прошу вас, подвергнуться все одному и тому же. А если кто из неверия, по моим грехам, уклонится, такой пусть отстранится, чтобы своей погибелью не стать причиной поражения и других. Ведь как было бы полезно братии Лукиана поступать таким образом, а не считать себя выносливыми и не дойти до падения. О, грехи мои! Ведь из–за меня происходит все злое.
Я опять получил вашу милостыню, и очень обильную. Простите, я отягощаю вас, но за это да будете исполнены всякого блага. Приветствую эконома, его помощника и прочих. Скажи эконому, что я с радостью получил его письма. Приветствуют тебя мои спутники.
Ты привык, чадо мое, в изгнании всегда призывать меня, как ребенок родную мать, хотя питаешься не молоком, а твердой пищей учения Господня. Почему же это? — Причина — в твоей великой любви, которая с трудом выносит разлуку. Но да даст тебе Господь свою любовь и да укрепит тебя на прекрасное совершение уже предлежащего подвига за Него. Ведь я знаю, каков ты: ты горячо стремишься ко Христу. Вот осталось немного времени для достижения Его. Создай в себе мужественное расположение. Чашу, которую испил Господь наш, будем, чадо мое, пить, чтобы с Ним насладиться навеки. Будем сильно пламенеть огнем божественной любви и не станем бояться зимы неверия. Ведь ты знаешь, что стало с умеренными братьями. А мы будем в числе пламенных, которым готовятся венцы наравне с мучениками. Да будет это и с нами!
Я опять получил твои подарки и, в частности, кувшинчик масла. И зачем это ты прислал последнее, что у тебя было? Но да воздаст тебе Бог мой за это вечными благами. Молись обо мне, смиренном, более горячо. Мои братья приветствуют тебя.
Что это за слух огласил мое смиренное внимание? Что за весть внезапно поразила мою жалкую душу? — И Евфимий, мой родной сын, — в числе мучеников, вместе с другими девятью: Ефремом, Афродисием, Амоном, Иперехием, Стефаном, Парфением, Игисмом, Сименоном и Дорофеем! Я почти не верю, почти не могу писать, объятый одновременно слезами и радостью. Слава Тебе, Боже, прославившему вас мученическими подвигами! На честных своих членах и вы, добрые чада, понесли раны Христовы; и вы также подставили свою спину под столько же ударов, сколько принял и Христос. Вашей кровью освятилась земля. Почему и как вы одни из числа всех наследовали такую славу? Велико ваше дерзновение! Ваш ответ христоборцу Антонию [ [290]] победоносен. Благословенны вы у Господа, святой начаток, столп мужества в Христовой Церкви, образец и совершенство монашеского чина! За наказание в течение одного часа дается вечная награда; за кратковременные скорби — бесконечные блага. Шествуйте этим путем и вы, переживающие золотую пору детства, и станьте рядом с равночисленными вам мужественными мучениками. Молитесь о том, чтобы следом за вами пошел, по Божьему благоволению, и я, ваш недостойный отец.