– Здесь много странных слов. Например, что такое «Корумерилла»? Или вот… «микшеры»? Или «длинноухие»? Не говоря уже о «Помпозе», «Марипонде Юкора» и «Гролио». Что это всё значит? И ещё эти цифры, рисунки и заумные фразы… Это же просто каракули! – София сделала паузу, подняв глаза на леди Маргарет, затем продолжила, указав пальцем на страницу: – Правда, вот здесь, похоже, нарисованы деревья… очень забавные… И ещё я увидела слово, которое, как мне кажется, является частью вашей благородной фамилии:
Стеланте! Я правильно поняла?
Леди Маргарет закрыла глаза, глубоко вдохнула и крепче сжала трость. Дрожь пробежала по её телу.
– Да, это летающие деревья, – с трудом ответила она. – Они летают благодаря Гролио Вегарио… Это всё там, в моём мире Примы Стеланте. В моей Корумерилле.
София с изумлением уставилась на страницу, затем перевела взор на старую леди:
– Ваш мир?!.. Летающие деревья? Корумерилла?
Леди Маргарет улыбнулась:
– Странно, не так ли? Ты когда-нибудь могла вообразить себе мир деревьев, которые весело кружатся и кувыркаются в воздухе? Так вот, иногда то, что кажется кривым, на самом деле прямое. И наоборот.
«Может быть, мама права и у неё не всё в порядке с головой?» – подумала София.
– Миледи, вы хорошо себя чувствуете? – спросила она, внимательно глядя на леди Маргарет.
– Не очень, но достаточно хорошо, чтобы удивлять тебя, – ответила та с улыбкой.
Теперь София окончательно утвердилась в правоте матери. Эта старуха из Байбери чересчур чудаковата. Стало ясно, что её фамилия происходит не из знатного рода, а из непонятного таинственного мира.
Девочка испугалась. Мысль о том, что перед ней колдунья, ведьма или сумасшедшая, превратилась в уверенность. Она попыталась встать и уйти, но леди Маргарет ткнула в неё своей тростью:
– Стой! Ты мне ещё ничего не сказала о карте.
– Карте? Да это какая-то мешанина из тропинок, гор и… – София не успела договорить, как леди Маргарет перебила её, сухо наказав:
– Вот и разберись в ней!
Изучать эти каракули было бессмысленным занятием, но София согласно кивнула, намереваясь перетерпеть и этот каприз старой леди.
Тем временем та взяла очередную синюю сигару, зажгла её и сделала глубокую затяжку.
– Потерпи немного, ты скоро привыкнешь к дыму, – сказала она, а потом, внимательно вглядевшись в лицо Софии, поинтересовалась: – А скажи мне, что было последним из прочитанного тобой в этой тетради?
– Запись восьмого января, – ответила девочка.
– Вот именно, восьмого января. Прошло уже пять месяцев с тех пор, как я его видела в последний раз. – Голос леди Маргарет прозвучал как стон. Она резко затушила сигару, лицо её помрачнело.
– Миледи, кого вы так давно не видели?
По морщинистому лицу старой женщины не пробежало ни слезинки, но её горе, подобно невидимой волне, словно сотрясало воздух.
– Мальчика, – с трудом выдохнула леди Маргарет.
Паровозик, тетрадь, каменья, висящие на цепочках в маленькой спальне… Софии вдруг всё стало ясно:
– Он жил с вами и ушёл, оставив вас одну!.. Но почему?
Леди Маргарет печально опустила голову:
– О, он был такой упрямый. Даже лорд Бадди Батлер не смог остановить его.
– Лорд Бадди Батлер? А кто это? Он тоже живёт в Байбери? – Вопросы Софии посыпались градом.
Похоже, именно к этому леди и стремилась.
– Наконец-то твой характер проявил себя. Тебе стало любопытно. Глядишь, так и до храбрости дело дойдёт. – Леди Маргарет снова заговорила сухим тоном, отчего София опять смутилась.
Старуха переходила от одной темы к другой, словно играя с ней в какую-то психологическую игру. И в этой игре положение Софии казалось ей самой очень невыгодным, несмотря на то что она ощущала прилив некой силы, которая постепенно вытесняла её робость. И чем больше сюрпризов приносила игра, тем сильнее было желание проникнуть в сложный мир, где жила эта странная женщина. Страхи и опасения ещё вызывали у девочки слабые попытки сопротивления, но происходящее обретало смысл, пусть не всё казалось ей абсолютно логичным.
Леди Маргарет подняла голову, устремив взгляд в видимую только ей точку, и принялась декламировать:
Закончив читать, леди снова посмотрела на Софию – та сидела с широко распахнутыми глазами, чуть приоткрыв рот.
– Узнаёшь стихи?
София отрицательно покачала головой.
– Эмили. Эмили Дикинсон! Разумеется, ты не можешь знать все её стихи. Я их знаю, потому что читала их, когда была совсем юной, а когда уехала из Байбери, не уставала их повторять. Поэтесса написала эти стихи совершенно по иным причинам, нежели мои. А теперь попытайся истолковать эти строки, глядя на меня. Думай! Размышляй! В этих строчках заключено всё, о чём я прошу тебя. Ты – та, кто отыщет для меня мир, который я потеряла, и ты найдёшь для меня мальчика, которого тут больше нет.
