— О, поверь мне, я тренировался, — возразил кеттар. — Дело было не в этом, а совсем в другом. Магическая энергия, может, и одинаковая у всех сословий, а способности к освоению заклинаний у всех разные. А я не принадлежу ни одному сословию, и потому учебники мне не помогли. Все, что в них описывалось — не для меня. Но вот странность — парочка целительских заклинаний ведь мне удалась! Честно говоря, я так и не понял, почему. Мое единственное предположение — Селена во время экспериментов передала мне что-то от себя, от своей природы… Ну, идти по пути лекаря мне уже не хотелось. Они, конечно, большие молодцы, но их много, а я хотел быть уникальным. По сути, я ведь действительно уникальный. Простолюдин, получивший дар. Я собирался искать свой собственный путь, методом проб и ошибок создавать собственную науку. Я жутко амбициозный, да. С самомнением до небес. Оно у меня уже тогда было до небес, когда я служил лакеем и проститутом. Но я, друзья мои, всегда точно знал одну истину — чем больше ты хочешь, тем больше получаешь. Но это уже лирика, я говорил не о том. В общем, я брал энергию у своей нанимательницы, и усиленно искал этой энергии применение. Будь я менее настырным, давно махнул бы на все рукой, но нет. Я продолжал изучать книги, но те заклинания, что в них описывались, я пытался менять, комбинировать, сочинять что-то свое. В общем, ворочал бес знает что. И как не убился-то в процессе, и дом не взорвал — загадка. Я был просто одержим этим. Чем хуже у меня получалось, тем больше я распалялся. В какой-то момент я понял, что работа лакеем отнимает слишком много времени, которое могло бы пойти на опыты, и тогда я бросил работу. Нашел себе другую аристократку, еще старше, еще толще и некрасивее, но выбирать не приходилось. Она была очень богатой вдовой, и мы с ней прекрасно подошли друг другу. Я, знаете ли, при желании умею угождать дамам. Я из кожи вон лез, чтобы радовать ее, и она с удовольствием спонсировала меня не только энергией, но и деньгами. И мои безумные изыскания продолжались, правда, по-прежнему без особых результатов. Когда с той аристократкой у нас разошлись дорожки, я нашел следующую… Но потом этот источник начал пересыхать. Я стал старше, перешагнул тридцатилетие, и понял, что надо искать другую жилу. Без обид, Шеил, ты мужик хоть куда, я тоже в тридцать был хоть куда, но богатые дамы, заводя себе альфонсов, предпочитают свеженьких юношей, а не взрослых мужчин.
Вряд ли Шеил обижался. Он выглядел таким же отсутствующим, как и все последние месяцы. Кеттар успешно восстанавливал его тело, но, наверное, во время жути с опытами и побегом из Эрдли, что-то хрустнуло у него в голове. Какой-то фрагмент психики надломился, а методами восстановления души кеттар пока не овладел.
— Так где ты брал энергию, утратив привлекательность? — спросила я с любопытством.
— Додумался кое до чего, — ухмыльнулся кеттар, усаживаясь на стол рядом со стаканом. — Я ушел в монастырь.
Из ниши между шкафами донесся сдавленный смешок.
— Вы были монахом, господин Гренэлис? — уточнил Анрес, смущенный своей несдержанностью.
Кеттар кивнул ему с веселой улыбкой.
— Я покинул культурную Тиладу, и уехал в Лааджур, — поведал он. — В эту дикую страну, где все решается силой, и каждый может взять себе любого человека в рабство, если победит его в поединке. Может быть, потому у них так много народа прячется в монастырях — лучше уж монашеская ряса, чем ошейник… Уникальность лааджурских монастырей в том, что туда идут люди вне зависимости от сословий. Там все живут вместе — и аристократы, и простолюдины, и солдаты, и даже члены королевских семей могут туда забрести. Где еще встретишь такое? Обычно люди все-таки предпочитают компании себе подобных.
— И эти магики-монахи позволяли тебе держать их за ручки? — радостно засомневался Риель.
— А почему нет? Ты ведь позволяешь мне держать тебя за ручки.
— Как же ты объяснил им свое странное желание?
Риель все пытался достать до него глазом, и никак не мог.
