Сохрани Страну Чудес полностью

Торис поднялся, собираясь уйти. Он никогда не прощался, а утром начинал разговор, словно они и не расставались. Элис протянула ему флейту, на которой играла. Торис покачал головой.

 – Пусть она всегда будет у тебя.

 – Ты подарил мне её?

 – Это не твоя флейта, и не моя. Она принадлежит миру. Ею могут пользоваться и другие, кому ты её передашь. Точно так же и ты теперь можешь пользоваться любой флейтой, теперь все они твои, потому что ты умеешь на них играть.

 – Но ведь это была твоя флейта, ведь это ты сделал её? Да?

 – Да. Но я сделал больше, чем флейту. Я создал её нематериальный образ, душу, которая сейчас живёт в ней, точно так же, как Бог создал нас и вложил частичку себя. Флейта сделана из дерева и принадлежит материальному миру, а её душа — тому, кто играет. Когда-нибудь ты, может быть, тоже сделаешь флейту, но она тоже не будет твоей.

Торис тихо удалялся по тропинке, а Элис осталась сидеть на камне. Было уже совсем темно, но ей нравилось сидеть одной. Она подумала, что, наверное, ей не хочется возвращаться на поляну, потому что там её никто не ждёт. Никто в целом мире не ждёт. Раньше её ждала Шейла, но теперь она всегда с ней в её снах и памяти, и поэтому ей не надо ждать. Потом был сумрак зимы, когда день не отличался от ночи, и была её очередь ждать. Она ждала весну и начала своего похода в большую новую жизнь. Но вот эта жизнь настала, навалилась новыми проблемами, и ждать тоже стало не надо. Очень вовремя появился Мартин. Ей казалось, что это она ему помогает, поддерживает в незнакомом мире, это она провела его через незнакомый лес, полный опасностей для него, но такой родной и знакомый для неё. Но нет, совсем наоборот, это он был нужен Элис, чтобы оградить от той неожиданной пустоты за спиной. Чтобы стать чем-то надёжным, к чему можно всё время возвращаться, ведь, теперь у неё не было дома.

Но сейчас он не ждёт её, учится умирать у загадочного учителя смерти, и забыл обо всём, кроме холода, пустоты и тишины.

Она вернулась к разговору с рассудительным Торисом. Именно Торис волновал её сейчас. "...каждый может прийти к нам в храм и спросить совета, я обязан помочь каждому. Каждый находит у нас своё..." Истину... Гармонию... Путь к Богу... Но они не нашли то, что искали. Чашу Миров!

Эта мысль обожгла её. Как же они могли забыть то, что ищут. Теперь всё встало на свои места! "Я обязан помочь каждому..." Торис и есть настоятель! Как они не смогли догадаться сразу. Все мельчайшие намёки в его поведении, то, как он двигался, как повелевал всем вокруг лишь одним своим присутствием...

Она бросилась вверх по тропинке.

Тёмный проход вывел её на уступ, поросший травой. Ночное небо, хоть и укрытое облаками, давало достаточно света, чтобы увидеть хижину на краю и деревья, склонённые над пропастью. Она наткнулась на что-то в траве. Это было человеческое тело. Оно было неподвижно, Элис нагнулась, уже понимая, что это Мартин, потому что именно этого боялась в своих самых страшных мыслях.

Лицо его было бледным и отсвечивало в ночи белесым пятном. Его тело остывало, он был уже почти холодным, и она не чувствовала ударов его сердца.

Элис вскочила и бросилась обратно на поляну. Она не помнила, как ворвалась в дом и растолкала барона, не помнила, что говорила ему, как тянула его за собой, он едва сообразил взять свой заплечный ящик и фонарь.

"Это Торис! – Повторяла она. – Он — настоятель, он всё знает, мы должны... Мартин, спаси Мартина."

Эдвин склонился над телом, поднял его веки, посветил в глаза фонарём. Потом положил ему на лоб чёрную коробочку с цифрами.

 – Не волнуйся, он живой, значит, мы успели, всё будет нормально. Помоги, сожми ему руку вот так. И здесь, в двух местах.

            Элис вцепилась в его руку и сжимала изо всех сил, пока барон втыкал прозрачные трубочки, по которым сразу же потекла чёрная кровь.

 – Сейчас я очищу ему кровь, и всё будет в порядке. Отпускай. Теперь надо подождать. Так что там, говоришь с Торисом?

Он говорил с ней спокойным заботливым голосом, и только это удерживало её от какого-нибудь безумного поступка. Ей то хотелось дико закричать, то прыгнуть в пропасть, но, вслушиваясь в этот спокойный голос, она всё больше понимала, что так ничего не исправишь, будет только хуже, а если делать то, что нужно, так же спокойно и уверенно, как это делает Эдвин, то всё будет хорошо. Она резко выдохнула и собрала мысли.

            – Торис — это настоятель. Никого важнее в монастыре нет и никогда не было. Он не ждёт никого.

 – Согласен. Я тоже так думаю. Но мне кажется, что ждёт. И хотел бы я знать кого.

Мартин тихо застонал и попробовал приподнять голову. Элис поддержала его, и Мартин, почувствовав опору, собрал силы, повернулся на бок и, содрогаясь, стал мучительно выплёвывать чёрную слизь. Потом, потеряв силы, рухнул обратно на спину. Его била крупная неравномерная дрожь.

– Принеси одеяло, я подежурю, – Эдвин поправил трубки, оплетающие руки Мартина, и снова положил ему на лоб коробочку с цифрами. Элис бросилась в темноту по тропинке.