Наконец, он закончил песню, снял гитару с плеча и пропал. Песня показалась ей какой-то ненастоящей, как эти гитары. Странно, что она так нравилась Шейле.
Она стала дальше разглядывать предметы. Наверное, если скрипка означает музыку, то молот, наверное — работу, книга — сказки и легенды, а кисточка — картины. Что означает коровий череп, она не успела подумать, взгляд её случайно задел за полосатый шар, из-за него выскочила нарисованная девочка, схватила шар, и начала подкидывать его в руках.
– Поиграем? – Спросила она и кинула мяч.
Элис, не задумываясь, поймала. В первый момент она почувствовала в руках что-то упругое, как струя воздуха, но тут же пальцы провалились насквозь. Она остановилась, словно испугавшись сломать полосатый шар. И правда, там, где она нажала, он смялся и уменьшился. Элис раскрыла руки, и мяч снова стал круглым, он лежал у неё в ладонях, хотя она и не ощущала его веса. Приглядевшись, она различила сквозь него комнату и нарисованную девочку. Та уже увеличилась до человеческого размера, лишь чуть пониже Элис.
– Теперь ты! – Крикнула она, приготовившись ловить мяч.
Элис кинула. Пожалуй, слишком высоко, но девочка подпрыгнула и поймала, задорно перекувырнувшись в воздухе. И снова кинула.
Ловить мяч становилось всё сложнее, они прятались друг от друга за стульями, а потом, неожиданно выскакивая, бросали мяч друг в друга. Иногда он улетал далеко сквозь стену, а потом возвращался назад по большой плавной дуге. Элис уже изрядно устала, но сдаваться не хотела, и уже изобретала способ прервать игру. Самый простой она уже знала — закрыть глаза. Но это было совсем неинтересно. Внезапно странная мысль пришла ей в голову. В бросках чувствовалась скрытая логика, чужая, а не родившаяся из игры.
– Стоп! – Выкрикнула Элис, и мяч остановился в воздухе. Нарисованная девочка спокойно посмотрела на неё.
– Хочешь другую игру?
– Нет, лучше скажи мне, вот эта игра... она придумана для меня?
– Город заботится о своих жителях. Игры придуманы для вас.
– Я вижу. Но
– Да. – Ответ был спокойным, но Элис почувствовала, что узнала что-то важное, не лежащее на поверхности.
– Что?
– Нестандартные способы решения задач. С помощью простой логики это невозможно. Можно использовать случайные числа в надежде наткнуться на решение, а можно использовать живого играющего человека. Эта идея была придумана Андерсом Эльстером пятьдесят лет назад, использовать процесс игры для решения сложных задач. Машина учится нестандартно мыслить, наблюдая, как живое существо играет.
– И как? Многому уже научилась?
– Да. Но множество нестандартных задач бесконечно. И, кстати, придумывание новых игр, фантазия — одна из самых нестандартных задач.
– Как тебя зовут? – Неожиданно спросила Элис.
– Элис, – ответила нарисованная девочка.
– И меня!
– Тебя назвали в честь той Элис из сказки, которая погналась за белым кроликом и провалилась в сказочную страну?
– Не знаю, наверное. Но мне в детстве рассказывали её.
– А хочешь побывать в сказке?
– Конечно!
– Я могу это устроить, – подмигнула она. Теперь на ней было длинное платье, расшитое звёздами, а в руке — волшебная палочка, как и полагается феям. – Но предупреждаю, это будет непростая прогулка, местами даже страшная!
Элис кивнула. Да, у нарисованной девочки свой интерес — её нестандартное поведение в сложных ситуациях. Но соблазн оказаться в сказке был столь велик...
– Умереть по-настоящему в сказке ты, конечно, не можешь. Но, если это случится — придётся идти с начала. К счастью, не обязательно тем же путём. И ещё. Самое страшное. Ты не сможешь вернуться назад, пока не исполнишь своего предназначения.
"Предназначение. Почти как у спиритов," – улыбнулась про себя Элис.
– Я не боюсь.
– Тогда вперёд!
Фея указала на высокое зеркало в резной раме. Раньше Элис его не замечала. Оно было совсем такое же, как в её сне.
Она медленно подошла, опасаясь увидеть вместо отражения что-то другое. Но нет, это была сама Элис, только платье на ней было старинное, тени странно ложились на её лицо, отчего становилось таинственно и даже немного страшно. На спиной у неё вроде бы была та же комната, но множество мелких отличий, которые не сразу бросались в глаза...
Элис не заметила, как оказалась с той стороны зеркала. В комнате горел камин, и его свет подчёркивал одни детали и скрадывал другие. А в углах лежал загадочный сумрак.
Барон так ловко открыл дверь, подсунув ножик под язычок замка, что Мартин теперь не сомневался: Эдвин делал это не раз, и, вероятно, был мастером этого дела. Они оказались в комнате с белыми стенами. Под полом гудели моторы, накачивая воду в город. Белый стол, расчерченный на цветные квадратики, и, конечно же, стеклянный глаз в стене. Барон удержал Мартина, когда тот хотел броситься в сторону. И указал на глаз. Прямо перед ним на проволоке был прикреплён маленький квадратный предмет, закрывающий его наполовину.