– Не стоит превращать заседание Совета в цирк, – не осталась в долгу Тоэн. – По-моему, флары слишком поторопились избрать вас предводителем клана. Вам явно не хватает зрелости.
Флар недобро прищурился:
– Ну, вас-то незрелой не назовешь.
При этих словах Тоэн резко выпрямилась. Она и вправду была старше всех собравшихся за столом, однако говорить так было откровенным хамством со стороны Ленара.
– Как ты смеешь! – воскликнул Ирим.
– Смею! Ронги вчера провалили очередную операцию! Может, им пора уже сменить предводителя? На кого-то, кто будет быстрее принимать решения. Кого-то… менее зрелого, – Ленар злобно оскалился.
– Хватит! – оборвал его Вилиор, хлопнув ладонью по столу. – Прекратите!
От его обычного спокойствия и мягкой обходительности не осталось и следа, он был очень рассержен. За столом разом притихли.
– Я собрал вас, чтобы найти способ помочь интею, а вы готовы упустить единственный шанс на возрождение мира илуитов ради склок!
– Что толку от наших усилий, если она, – Ленар мотнул головой в сторону Саши, – ничего не умеет!
–
– Может быть, тогда стоит спросить? – негромко произнес Таир. Он сидел на самом дальнем краю стола и за все время не проронил ни слова.
Все повернулись к нему.
– О чем ты, Таир? – хмуро бросил Ирим.
– Я думаю, есть только один способ выяснить все наверняка – ударить в гонг.
За столом все переглянулись.
– Но до аудиенции еще полгода, – заметил Сольвейн. – Если разбудить Агату раньше, она разгневается, и тогда мы не сможем задать ей ни одного вопроса еще целый год.
– А может, и больше, – буркнул Ленар.
– Луйду это не понравится, – покачал головой Ирим. – У нас будут проблемы.
– Но ведь появление интея – это великое событие. – Таир смотрел только на Вилиора. – Неужели Агата его пропустит?
По лицу главы Совета скользнула хитрая улыбка:
– Ты прав, Таир. Сообщить о нем Агате – наш долг.
Саша повернулась к маме и шепотом спросила:
– Кто такая эта Агата?
– Она умеет говорить со стихиями, – шепнула в ответ мама.
– Что скажете, господа? – обратился Вилиор к членам Совета.
– Я думаю, что лучше подождать и обратиться к ней, как обычно, в День всех стихий, – ответил Сольвейн.
– Он в декабре. Неизвестно, сколько охотников погибнет за это время и скольких обычных захватят арнаки, – резко возразила Тоэн.
– Кто? – вырвалось у Саши, и все взоры обратились к ней.
– Я потом тебе расскажу, – тихо сказал Таир.
– Спасибо, Таир, – кивнул Вилиор.
Арнаки? Охотники? Саша почувствовала, что голова у нее опять идет кругом.
– Ну, раз интей уже появился, смысла охранять обычных больше нет, – заявил Ленар, чем снова заслужил несколько гневных взглядов.
Саше тоже не понравилось пренебрежительное отношение Ленара к людям. В конце концов, еще вчера утром она тоже была обычной, и вся ее жизнь, абсолютно беззаботная и вполне себе счастливая, связана была с миром людей.
– Обязанность оберегать мир людей на нас возложили стихии, – возразил ему Вилиор. – Только у них есть право освободить нас от нее. Кроме того, появление арнаков среди людей – отчасти наша вина.
Ирим согласно кивнул и покосился на флара. Ленар сидел с непроницаемым лицом.
– Что ж, уважаемые члены Совета, – сказал Вилиор, – есть разумное, на мой взгляд, предложение – обратиться к Агате с просьбой растолковать нам желания стихий. Предлагаю проголосовать.
С этими словами Вилиор опустил руку на стол ладонью вниз. Так же положили руки Тоэн, Ленар и Ирим. Лишь Сольвейн сжал руку в кулак.
– Твое мнение услышано и принято, Сольвейн, – обратился к нему Вилиор. – Однако большинство членов Совета высказалось за, поэтому предлагаю навестить Агату.
– Прямо сейчас? – воскликнула Ромина, и у Саши появилось нехорошее предчувствие. Чего мама так испугалась?
– Думаю, да.
– Откладывать не стоит, – согласился Ленар.
Все поднялись из-за стола и вслед за Вилиором подошли к стене, по которой все еще струилась лазурная вода. Вилиор коротко произнес: «Дверь», и в середине стены поток тут же разделился на две части. Щель быстро расползалась, и перед ними образовался проход в человеческий рост. Члены Совета один за другим исчезли в его темноте.
Вилиор положил Саше руку на плечо:
– Ничего не бойся.
Саша только вздохнула – слишком часто ей приходится это слышать в последнее время – и сделала шаг сквозь струящийся поток воды.
Сначала ей показалось, что пол в центре зала выполнен из темного стекла.
– Она любит живой огонь, – Ленар щелкнул пальцами, и на стенах зажглись ряды факелов. Лишь тогда Саша поняла, что перед ней вода – тяжелая, неподвижная, почти черная.
