Ага, вот как!
Макс за колонной насторожился: оказывается, танцовщицы еще никуда не уходят. А как же… Вот гости попрощались вышли, за ними, оказывая честь, и хозяин с домочадцами. Пока они там, в саду, прощались, девчонки накинулись на угощение — прогнав кошку с гусем, уплетали за обе щеки, покуда не явился хозяин.
— Вы хорошо плясали сегодня и заслуживаете награды! — Обернувшись, скульптор щелкнул пальцами, подзывая стоявшего в углу старого раба с большой плетеной корзинкой.
Вытащив из корзинки браслеты, Сетимес, улыбаясь, роздал каждой девушке аж по две штуки. Впрочем, на вид браслеты казались медными.
Девушки поклонились в пояс и направились к выходу. Хм… Интересно, а на что же рассчитывала Тейя?
— А ты останься! — неожиданно воскликнул скульптор, задерживая на выходе Тейю. — Садись, выпей вина. Все равно ведь живешь на моем дворе — спешить некуда.
Сказал и, выпроводив танцовщиц, сладострастно улыбнулся. Именно что сладострастно, уж по крайней мере, Максиму так почему-то показалось.
Тейя с хозяином присели на одну циновку, заговорили. Говорили долго, и в процессе разговора скульптор пару раз погладил гостью по бедру и даже попытался обнять, но Тейя ловко уклонилась.
— Так, любезнейший Сетимес, ты говоришь, даже во дворце заказывают твои скульптуры?
— Ха! Конечно, заказывают, клянусь Осирисом и Гором! Вот, выпей еще вина, попробуй, какое оно сладкое.
— Благодарю… И в самом деле сладкое. Неужели ты бываешь во дворце? Видишь самого хозяина Великого дома и его царственную супругу?!
— Ну, не то чтобы вижу… — Скульптор немного замялся, видно, стыдно было слишком уж заливать. — Но вот не далее как третьего дня я как раз заходил во дворец. Главный жрец заказал мне статуи для пещерного храма.
— Жрец Амона?
— Ну да. Новый жрец. Прежний, Усермаатрамериамон, отправился в поход вместе с войском.
— Ах вот оно что. И давно войско в походе?
— Второй месяц. Скоро разобьют южных мятежников и вернутся обратно.
— А царица-мать? Она тебе ничего не заказывала? Говорят, это очень умная и достойная женщина?
— Ты права, о лучезарная дева! Воистину, царица-мать мудра и обычно вникает во все тонкости. Вот ее-то я раньше видел частенько!
— Раньше? А что же сейчас?
— Сейчас она отправилась в паломничество по священным местам Птаха. Тоже второй месяц пошел.
— Что же во дворце? Ни прежних жрецов, ни воинов?
— Ошибаешься, любезнейшая, воинов там предостаточно. Но ты права, прежних жрецов осталось мало. Какие прекрасные у тебя глаза! — Не теряя больше времени, Сетимес взял гостью за руку. — Какая нежная кожа… Хочешь, я подарю тебе браслет из чистого звонкого золота — застывших лучей Ра? Идем же ко мне в опочивальню!
— А твоя жена? Что она скажет на это?
— Моя жена давно умерла! И в моем доме я полный хозяин! Идем, идем же!
— Но…
— Хватит выделываться! — Отбросив светский лоск, скульптор грубо схватив гостью за руку. — Иначе, клянусь Амоном, я велю дать тебе палок!
Тейя, дернувшись, сверкнула глазами:
— Я свободная женщина, закон и слово Великого дома защитят меня!
— Что?! Защитят? — Сетимес издевательски расхохотался. — Да кому ты нужна! Пришла, явилась непонятно откуда, живешь в моей хижине. У тебя даже дома своего нет, как нет и гробницы! Клянусь всеми богами, я могу сделать с тобой все, что захочу!
Протянув руку, скульптор рванул лямку на платье Тейи, тонкая материя разорвалась, обнажив грудь юной женщины, и Сетимес заурчал, словно почуявший сметану кот. Облизнулся, с хохотом заключил гостью в объятия… и тут же получил кулаком в глаз! Да так, что парик полетел на пол, а его хозяин — лысый, тощий и плюгавый — ошеломленно замотал головою:
— Что? Что такое? Она меня ударила, клянусь Амоном! Ах ты потаскуха… Эй, слуги!
На зов тут же явилось трое молодцов… на пути которых, выскочив из-за колонны, возник Максим, принимая боксерскую стойку:
— А ну, давай, давай, подходи!
— Это кто еще?
— Подходи, подходи, увидишь!
Не тратя больше времени на разговоры, Максим двинул в скулу того, что подошел ближе. Тот кубарем полетел на пол, остальные же двое стали вести себя куда осторожней. Сразу отпрыгнули назад, схватились за палки.
Макс быстро оглянулся: похоже, Тейя ни в какой помощи не нуждалась, уж по крайней мере пока.
Ввухх!!!
Ударила по плечу палка!
А больно-то как! Вот ведь гад, едва не сломал ключицу. И поделом — зевать-то не надо!
Быстро приняв стойку, Макс выставил вперед сжатую в кулак правую руку, запрыгал, пружиня ногами и незаметно уводя противников ближе к колонне — туда, где им было бы не развернуться. Ага… Вот…
Оба парня казались высокими и мускулистыми, их наглые лица вовсе не выглядели изможденными, похоже, это были привилегированные слуги — личная охрана хозяина.
