– Вот именно. Покой. А здесь он есть. Там, – махнул он рукой, – одна суета и грязь. А в этом месте кипит настоящая жизнь. Только прислушайся, как поют птицы за окном, как журчит ручей, как шелестят сухие листья на березах. Тебе все это знакомо, Вера. Ваша дача находится в прекрасном месте. Не хуже этого, только гораздо ближе к городу.
– Откуда…
Теперь мой голос совсем пропал.
– Я знаю о тебе все.
– Все? – прохрипела я. – Что – все?
– Все, что ты выставила наружу. Странички в интернете, почта, резюме, которое лежит на моем столе в офисе, разговоры по телефону, переписка. Я знаю тебя с тех пор, как ты познакомилась с Аликом. С первого дня и до сегодняшнего. Дети, бывший муж, брат, подруги. Где училась, с кем работала. Чем болеешь и какой банковской картой расплачиваешься в магазинах. Все, – твердо сказал он. – Но одно мне осталось неизвестным.
Я хотела спросить, что ему неизвестно, но не смогла. Горло сковало льдом.
– Где он? – Обдал меня тяжелым взглядом Соколов. – Ты мне расскажешь?
– Кто? – еле выдавила я одно слово.
– Мой внук. Он пропал.
Мне бы выпить горячий чай, но ноги приросли к полу, руки повисли вдоль тела и больше не подчиняются голове.
– В четверг он остался у тебя на ночь. А в субботу пропал. Телефон не отвечает, машина стоит в гараже. Он даже не надел часы и оставил дома банковскую карту. – Он наклонился вперед, локтями уперся в подлокотники. – Расскажи мне, Вера. Где мой внук?
Руки ожили. Я потянулась к столу и налила чай. Горячий, с ароматными травами. Горло сразу прогрелось, и появился голос.
– Я хочу домой.
Никогда мне не было так страшно. Лес, домик. Рядом сидит совершенно незнакомый человек. Старик. Только очень богатый, могущественный старик. Даже в вязаной кофте и тапочках он вызывает у меня страх.
– Ты скоро вернешься домой, милая. Только скажи, где Алик?
Он заметил испуг в моих в глазах.
– Не знаю, – быстро ответила я.
– Тогда, мы будем долго здесь сидеть.
– Вы не имеете право меня…
– Мне не нужны права. Ты многого не понимаешь. Я не буду тебя упрашивать, только запру на несколько дней в этом доме, а потом ты сама все расскажешь.
– У меня дети.
– У меня тоже. Я их люблю. Скажи, куда уехал Алик, и я отпущу тебя.
– Не знаю! – крикнула я. – Правда!
– Глупо. Очень глупо.
Он медленно встал с кресла, его лицо осветило осеннее солнце.
Какой же он старый, сморщенный. Глаза стеклянные, губы вытянулись в тонкую ниточку. Только тело мальчишеское: худое, гибкое.
– Ищите его сами! У него есть жена. При чем здесь я?
– Ты соблазнила моего мальчика! – не сдержавшись, крикнул он. – Совратила! Он – невинное дитя, а ты – опытная акула! Схватилась за него зубами и не отпускаешь! Что тебе надо от Алика? Деньги, положение в обществе? Хочешь, чтобы он признал твою дочь? Разрушил свою жизнь и женился на тебе? Так, Вера?
– Это и его дочь!
– Тогда, почему ты ждала четыре года?
– Я ничего не ждала. Мне не нужен Алик.
– Не нужен, но от ребенка не избавилась? Как это понимать?
Я тоже встала.
– Я хотела от него избавиться. Правда.
– Да знаю я. Садись.
Он успокоился. Показал мне на стул, и сам вернулся в свое кресло.
– Врач меня запугал, говорил, что аборт делать опасно. У меня резус отрицательный.
– Помню. Я тогда наводил справки. Тебя положили в больницу с кровотечением. Я успокоился, думал, ты потеряешь ребенка. К тому же врач уверял, что твое положение безнадежное, плод слабый. Потом я видел, как Алик ведет себя, даже не вспоминает о тебе. Осенью он увлекся одной девочкой из института. Я забыл о тебе и не подумал о вашем ребенке. Ты была замужем, растила дочь, работала в школе. Все было нормально. А тут вдруг, год назад, примерно в это же время, мне докладывают, что Вера Васильева работает в моей компании. Я снова проверил тебя. Оказалось, ты развелась с мужем и родила еще одну девочку. Вроде ничего страшного, но я задергался. Виолетта, моя жена, тут же подсуетилась со свадьбой Маши и Алика. Но этого оказалось не достаточно. Неделю назад вы все равно встретились. А теперь он пропал. Написал сообщение, паршивец, и смотался из дома.
– Он оставил сообщение?
– Оставил. Знает, что бабушка не будет читать, она терпеть не может электронные сообщения, так он прислал мне. – Соколов снова нагнулся вперед, чтобы лучше меня разглядеть и уже ласково сказал: – Не надо так пугаться, Вера. Ты слишком сильно нервничаешь.
У меня руки дрожат, и зубы стучат.
Он знает обо мне все!
– Я хочу домой.
– Твое возвращение домой зависит от результата нашего разговора. Постарайся, чтобы этот результат меня удовлетворил.
– Если он оставил вам сообщение, то почему вы спрашиваете меня?
– Он написал, что уехал отдыхать на две недели. А куда – не написал.
– Маша тоже не знает?
– Нет, не знает. Обычно он так не поступает. Понимаешь, о чем я говорю? Алик – мальчик дисциплинированный и никогда не сделает то, что расстроит меня или бабушку. Он знает, как мы волнуемся за него.
– Я понимаю.
– Он может попасть в беду. Ты должна защитить его.
– Как?
