– Зачем он позвал тебя на свидание? Все просто. Ему нужен запасной вариант. Не так давно у Зои обнаружили рак груди. Олег сразу спрятался в кусты. Как и все мужчины, он боится проблем, а рак – это очень большая проблема. В последнее время я часто вспоминаю твои слова. Про то, что ты развелась с Юрой, именно из-за его неспособности принимать решения. Я тогда не понимала этого. Думала, ты несправедлива к мужу. Он работает, приносит деньги в дом, любит тебя. Что еще надо? Вот так люди живут, живут, а потом женщина заболела или стала калекой, и муж сразу сбегает из семьи.
– Ты хочешь сказать, что Олег пытается спрятаться за меня?
– Ему нужна отдушина. Место, где будет лучше, чем дома.
У Веры зазвонил телефон.
На экране высветилась забавная морда белого медвежонка Умки.
– Мишка. Я поговорю?
– Иди в комнату, а я пока уберу посуду.
Она ушла, прихватив с собой рюмку с ромом.
Я собрала тарелки со стола и подошла к раковине. Дверь в комнату открыта, и хорошо слышно, как Вера командным голосом разговаривает с братом.
– Она тебя ждет. Хватит прятаться. Ты взрослый мужик, а дома трое детей и жена. Да. Да. Она болеет, Миш. Какое ты имеешь право! – Несколько минут она слушала, а потом снова крикнула. Да так громко, что у меня выпала тарелка из рук. – Ты мне больше не брат!
Она зашла на кухню, сопя от возмущения. Я закрыла посудомоечную машину и спросила:
– Что случилось?
– Все мужики – уроды! Мы только что с тобой это обсуждали. Олег, Юра, Мишка! Одним словом – калеки моральные. Представляешь, он опять не ночевал дома!
– А за ним водится такой грешок? Я помню, ты говорила, у них проблемы.
– Нет у них проблем! Они тянут одеяло каждый на себя. Мишке кажется, что она капризная и жадная; Лиза хочет красиво жить, но не собирается выходить на работу. Так и разбираются уже третий год. А дети страдают.
– У него есть любовница?
– Ходит по шлюхам. То у одной зависнет, то к другой прибьется.
– Он платит за секс?
– А кто ему даст бесплатно? Ты его видела? Мишка Гамми.
– Он немного странный, но не плохой.
Вера загадочно улыбнулась.
– Ты ему нравилась.
– Я?
– Угу. Раньше. Когда не была замужем.
– А что потом? Изменилась?
– Он слишком правильный мужик, чтобы засматриваться на чужую девушку.
Хоть один нормальный человек. Раз уж изменять жене, то со шлюхой.
– Будем еще ром? – спросила Вера.
– Нет, я уже не могу.
– Ладно, в субботу допьем. Ты думай, если что – звони. Я помогу тебе с вещами Алика.
– Даже не знаю, – засомневалась я.
– Переспи с этой мыслью. Сейчас не самый подходящий момент принимать такие решения. Пусть пройдет время. Я бы не стала, так быстро избавляться от воспоминаний о муже. Помню, когда мы развелись с Юрой, я долго не отдавала ему одежду. Все стирала, гладила, думала, срастется, и мы снова будем жить вместе.
– Ты же сама с ним рассталась?
– Сама, только все равно не могла поверить в происходящее. Десять лет не выкинешь из памяти за пару дней. Нужно время.
– Боюсь, я никогда не забуду о нем.
– Скажи честно, Маш. Ты любила его?
– Очень. А что?
– Ты говорила, тебе многое в нем не нравится.
– Мне все в нем нравилось. Алик был легким человеком. Не скандальным, никогда не обижался. Мне было с ним хорошо.
– А он тебя любил?
Я задумалась.
Признавался, но не клялся в вечной любви, никогда не разговаривал по душам и в тоже время, не лез ко мне с лишними расспросами. Мало говорил, почти не улыбался, но целоваться любил и в мою комнату часто заходил на пару часов.
– Олег намекал на какую-то женщину, – сказала я. – Что Алик бросился с моста из-за нее.
– Ты сама как считаешь – была у него другая девушка?
– Возможно.
Я села на стул. От тяжелых мыслей закружилась голова.
– Может, он изменял тебе с Данилой?
– Вера!
Умеет она вставить слово!
– Да, ладно тебе.
– Этой шутке сто лет! – засмеялась я. – Хватит!
– Они прекрасная пара. Один – большой, с бородой, другой – нежный, как лепесток лотоса.
– Прекрати! Алик был настоящим мужчиной.
– Признайся, – пристала ко мне Вера, хитро улыбаясь. – Тебе нравится Данила.
– Мне? Данила? С чего бы это?
– Он жил у вас почти два месяца. Неужели ты ни разу не взглянула на него как на мужчину? Он ходил здесь, по твоему дому, в трусах, в тапочках, не причесанный, с сонными глазками. Такой пупсик с пивным животиком.
Она веселая, когда выпьет. Я впервые увидела ее пьяной.
– Данила не ходил по квартире в трусах.
– Что, без них? И как там… у него?
У меня щеки загорелись.
– Вера!
– Ты не смотрела?
– Куда?
Меня разобрал такой смех, что началась икота. Торт попросился наружу.
– Согласна, – серьезным тоном проговорила она. – Данила отвратительный парень. Толстый, неухоженный, наглый. Но, чем-то же он привлек твоего мужа?
– Уж точно не красотой.
– Вывод один. Данила имеет что-то такое, чего не видно невооруженным взглядом. Поэтому надо было рассмотреть его ближе. Так сказать – детально.
– Это как?
– У каждого человека есть мелкие и крупные детали. Неужели не понятно?
– Да, ну тебя, Вера!
– Взяла бы лупу и рассмотрела. Чего стесняться?
– Там нечего рассматривать.
Она меня подловила! Только и ждала, что я признаюсь.
– Все-таки видела? Ага! Давай, рассказывай.
