– Вера, мы должны уехать из России. Я помню, что ты сказала. Но у меня нет выбора. Мне не дадут работу в Питере, зная, что я был начальном договорного отела в Соколе. Слишком дурная слава преследует нашу компанию. Многие поговаривают о грязных махинациях. Солидные люди не буду связываться со мной.
– Сокол никогда не играл в незаконные игры.
– Это было раньше. Сейчас много организаций пострадало из-за нашего краха. Подрядчики, проработавшие много лет на стройке, схватились за головы. Им больше никто не доверит крупные объекты.
– А ты здесь при чем?
– Я сам лично проверял договор с канадцами.
– И что?
– Там было все чисто. Я консультировался со знающими людьми. Большой контракт, огромные деньги, солидные клиенты. Отец давно хотел с ними работать.
– Кому выгодно разорить Сокол и подставить тебя? Ты кого-то подозреваешь? Твой отец знает предателя?
– Эти люди хорошо обучены. Скорее всего, Фрэнк, директор компании, решил подмять под себя Сокол.
– Ты его лично знаешь?
– Видел несколько раз.
– Почему он решил свалить вину именно на тебя, а не на Сашу?
– Саша в то время прятался от деда. Забыла?
– Но такие деньги!
Его голова, так же как и моя, не может переработать столь сложную информацию. Нерешаемая задача.
– Иди домой, отдохни. Здесь уже нечего делать.
Я взглянула на часы. Нет смысла сидеть в офисе допоздна, последние сотрудники ушли еще до обеда.
Олег подошел ко мне со стороны, отодвинул стул от стола и развернул меня к себе.
– Ты давно у меня не была. Уже больше двух недель. Не хочешь, заняться чем-нибудь приятным?
К горлу подступила тошнота. Я даже представить себе не могу, что окажусь в постели Олега. За две недели… А может, это случилось гораздо раньше. Три или четыре месяца назад. А возможно и шесть лет назад. Я ощутила огромную тягу к другому человеку, к мужчине, которого люблю больше всего на свете. Только его нежные руки могут прикасаться к моему телу.
Мое молчание и сжатые кулаки, взволновали Олега. Он ожидал другой реакции.
Поздно ночью ко мне снова пришла Карина. У меня сложилось впечатление, что моя дочь больше никогда не будет спать в своей кровати.
Кулачки под щекой, глазки наивно блестят из-под черных ресниц.
– Мамочка, – завела она разговор, – а мы всегда с Аней будем жить вместе?
– Конечно, – завернув ее в теплое одеяло, ответила я. – К чему такой вопрос? Вы сестры и будете жить вместе пока маленькие.
– Но у Ани папа – Юра, а у меня – Саша. Если папа меня заберет, то Аня тоже поедет с нами или останется со своим папой? Она же не знает бабушку Аллу.
– Бабушка Алла – это та тетенька, к которой вы ездили с папой?
– Ну да. У нее еще дедушка есть. Феликс.
Кто эти странные люди для Саши? Почему он возит дочь к ним, а не к своим старикам? Что для него значит Алла? Он прятался в ее доме полтора года, а теперь каждый выходной мотается в маленький городок с незапоминающимся названием.
Как много я не знаю о нем.
Олег не позвонил мне перед сном. Обиделся. Ушел из кабинета и не попрощался. Я тоже не стала навязываться.
Утром рано я вывела Бади на прогулку. Настроение ужасное, голова болит, снова тошнит, тело ноет от недосыпа. Ноги увязли в жидкой каше, руки замерзли.
Из-за угла выехала черная машина. Я привыкла к неожиданным появлениям моего жениха. Сначала он говорит, что не хочет разговаривать, а уже через час едет на край света, чтобы увидеть меня.
Олег вышел из машины. Руки спрятал в карманы, вид хмурый, губы напряжены.
Я отпустила собаку.
– Ты рано, – пробубнил Олег в шарф.
– Бади просился. Вчера что-то съел из мусорного ведра.
Он протянул мне белую визитку.
– Позвони этому человеку. Он многое тебе расскажет про Сашу. Мне ты не веришь. Может, он тебя убедит?
– Кто это?
– Его психолог. А если сказать откровенно, то его психиатр. Саша больной человек.
– Олег, не надо.
Не думала, что он опустится до такого. Саша пытается ему помочь, а он ищет его изъяны.
– Прошу тебя, девочка, ты совершаешь ошибку. Позвони, а потом принимай решение.
Я заглянула ему в глаза. Они никогда не врут. Не умеют.
Олег поднял голову, убрал шарф с подбородка.
– И что я узнаю? – теперь уже я испугалась. – Что я должна спросить?
– Спроси про Соколова. Он сам все расскажет.
– А как же врачебная тайна?
– Я объяснил ему ситуацию, и он понял.
Дрожащими пальцами, я взяла белый клочок бумаги. Слезы подступили к глазам. Олег сделал шаг вперед и обхватил меня рукой за плечи, я прижалась к его большой груди.
Сейчас бы уснуть и проснуться через десять лет. Тот, кто действительно любит меня – останется, другой – исчезнет, как только мои глаза закроются.
Целый день я смотрела на визитку. Воткнула ее в клавиатуру. Ходила по кабинету, думала, но так и не позвонила. Отработала, а вечером пошла к метро. Олег не стал меня торопить, ни разу не позвонил, не пригласил на обед.
Толпа людей в черных пуховиках заполнила широкий проспект. Единственное яркое пятно сверкнуло зеленым глазом, и пешеходы двинулись через дорогу. Серость, холод. Кругом незнакомые лица. Каменные здания обступили со всех сторон.
