Зачем мне звонить какому-то психологу? Нелепая ситуация. Что спросить? «Вы не расскажите мне о Саше Соколове? А то мне не разрешают с ним встречаться, говорят, что у него с головой не в порядке». Нормальный врач пошлет меня далеко-далеко, да еще рецепт выпишет, чтобы больше не маялась дурью и не звонила по пустякам.
Спустившись в метро, я расстегнула пальто. Теплый воздух обдал лицо. В подземке еще более шумно, чем на улице. Толкотня, суматоха. Подошел поезд. Я сразу нашла свободное местечко в конце вагона и села. Мужчина напротив, спустив шапку на глаза, вытянул длинные ноги в грязных кроссовках. Бабуля с необъятным задом еле протиснулась между мной и молодым парнем. Сверху над головой повис студент с потрепанной книжкой в руке.
У всех людей своя жизнь, у каждого своя история.
От духоты и неприятных запахов подступила тошнота. Я дождалась следующей станции, отодвинула бабулю в сторону и вышла из вагона. Пройду остановку пешком.
Парк Победы самое лучшее место для размышления. Извилистые дорожки, озера, укутанные густыми кустарниками, могучие дубы, изогнутые мостики. Я дошла до детской площадке и остановилась около невысокого заборчика. Двое мальчиков залезли на горку, девочка в розовой шапке с мячом в руке побежала к турнику. В сторонке под облысевшим кленом встали родители, прячась от ветра.
Погода выдалась теплой, но сырой воздух холодит кожу. Я плотнее укуталась в пальто.
– Баб, а баб, – послышался с боку неприятный, гнусавый голос, – можно я еще погуляю?
Девочка в розовой шапке потянула женщину за рукав пуховика.
– Не реви, Диана. Уже поздно, пора домой.
Я повернула голову. Женщина странно взглянула на меня. Девочка снова заныла:
– Ну, пожалуйста. Всего чуть-чуть. Я больше не буду писать в кровать.
Некрасивый ребенок. Опухшее лицо, щеки подушками висят над дряблым подбородком, глаза прозрачные.
– Иди, – тихо сказала женщина и отпустила руку ребенка.
Девочка рванула в сторону. Неважно куда, лишь бы сбежать от опеки сердобольной бабушки.
Женщина, как будто застеснявшись, зашла за ствол старого дуба, еще раз взглянул на меня. Блондинка, примерно лет пятидесяти, хорошая фигура, невысокого роста. Я ее точно не знаю, а она мною заинтересовалась.
– Вера? – почти шепотом спросила она, выглянув из-за дерева.
Я хотела уже уйти, но решила ответить.
– Да.
– Я Сашина мама. Вера Ивановна. Мы с вами не встречались, но я иногда просматриваю ваши фотографии в Инстаграме.
Теперь она осмелела и подошла ко мне ближе. Милая улыбка скользнула на губах.
Неожиданная встреча. И это в Питере! В миллионом городе! Надо же было мне выйти именно на этой станции, в это время и попасть на детскую площадку.
– Здравствуйте! – обрадовалась я. – Как вы меня узнали?
– Вас трудно не узнать. Вы в жизни такая же, как и на фотографиях.
– Бабушка! – крикнула девочка с турника. – Мы уже уходим?
– Нет, – ответила Вера Ивановна.
Она всегда говорит тихо, почти шепотом. Но внучка ее услышала.
– В прошлый раз я вам так и не позвонила, – сказала я. – Простите. Хотела, но не смогла найти ваш номер.
– Я все понимаю, – скривила губы она. – У вас полно забот. Свадьба, дети. Мне достаточно того, что вы выкладываете в интернете.
Я редко выставляю фотографии с детьми, но пару снимков с Кариной там есть.
Никогда бы не подумала, что эта женщина Сашина мама. Они совершенно разные. Черное и белое. Ни одной черты, ни одного одинакового движения.
– Карина такая большая. Она скоро пойдет в школу?
– Через два года.
– А как у нее со здоровьем? Саша водил ее к врачам? Вы знаете, что по моей линии все дети рождались с больным сердцем?
– Он говорил.
– Эта напасть в основном задевала мальчиков. Только моей бабке не повезло.
– У Карины все в порядке с сердцем.
– А как она развивается? Саша сильно отставал от своих сверстников.
– Мне трудно ее сравнивать с другими детьми.
– Понимаю.
Я взглянула на девочку в розовой шапке.
– Это дочка Юли?
– И не спрашивайте, – махнула она рукой в сторону ребенка. – Непутевая мать и такая же дочь. Давайте, лучше поговорим о вас. Я слышала, вы выходите замуж за сына Александра Ивановича?
– Вы не знаете Олега?
– Нет. Он появился после того, как мы перестали общаться с Соколовыми.
Зачем звонить какому-то психологу, когда судьба меня свела с самым важным человеком. Только мать может рассказать о сыне.
Все-таки в жизни ничего не происходит просто так.
Я сразу сменила тему.
– Вера Ивановна, почему Саша к вам не пришел? Прошло столько лет. Он давно не живет с дедом, никто его не контролирует.
– Его и раньше никто не контролировал.
– Как же? Виолетта Филипповна не разрешала ему видеться с вами.
– Ох, милая! Вы совсем ничего не знаете.
– Так расскажите.
– Что рассказать? Я слишком давно не видела сына.
– Олег сказал, что Саша лечится у психиатра. Это правда? Вам же София все рассказывает, что происходит в доме Соколовых.
– Не все, но…
К нам подбежала Диана. Вера Ивановна сразу замолкла.
– Баб, хочу в туалет.
– Потерпишь.
– Можно, я схожу к озеру?
– Нет, Диана. Мы скоро пойдем домой.
Девочка много плачет, поэтому у нее нездоровый цвет лица и опухшие щеки.
– Хочу в туалет, – на всякий случай повторила она.
