Накануне, когда её вывели из палатки, на лагерь уже опустились сумерки, и у Наймиры не было особой возможности разглядеть расположение шатров и посты охраны. Утром она тоже была слишком занята размышлениями о ночном представлении, и о том, как смотрятся эти варвары, когда делают зарядку.
Увы, но Наймира приходила к выводу, что, видимо, единственным и самым лучшим моментом для побега станет время состязания – во-первых, потому что тогда все варвары будут заняты боем или будут смотреть на бой… Во-вторых, потому что, похоже, раньше её просто никто не собирался выводить на улицу, и кто-нибудь, хотя бы Айма, всё время был рядом, а Наймира так поняла, что Айма хоть и была к ней добра, явно не собиралась помогать ей бежать.
Наймира пошевелила руками и ногами, проверяя свою способность бегать. Было бы, конечно, гораздо лучше, если бы они выдали ей сапоги, но может в этом и был смысл? Наймира читала, что далеко на востоке девушкам вообще так пеленают ноги, чтобы те потеряли способность ходить.
Она поёжилась. К счастью, платье, которое она выбрала, было удобнее многих других, которые принёс ей вожак. Его юбка была достаточно широкой, чтобы не стеснять движения, и достаточно узкой, чтобы не цепляться при ходьбе за деревья. Наймира невольно гадала, как оно так удачно попалось ей среди других, куда менее удобных и стильных вещей.
Ещё одной, куда более серьёзной загадкой, был ошейник.
Взгляд девушки скользнул по черной кожаной полоске на горле, отражавшейся в зеркале.
Могло ли быть так, что это он воздействовал на неё?
Не могло быть всё так просто, не могла эта вещь всего лишь отрезать её от источника магии. Он что-то в ней менял.
Наймира попыталась припомнить всё, что знала о магических ограничителях. Конечно, в Эстере и близко речи не шло о том, чтобы использовать такие штуки. Там слишком почитали магов и магию во всех её проявлениях. Хотя… Наймира смутно вспомнила байки о рабах-магах, что теоретически было не запрещено, так как раб рождённый от раба становился рабом, а маг мог родиться от рабыни, которую попользовал господин, и получить от отца силу, а от матери статус. Большинство магистров всё равно старалось использовать таких отпрысков на пользу своему авторитету и власти, как они использовали всё, что попадало им в руки. Но некоторые рабы были невоспитуемы и… Что «и», Наймира не знала. Когда подружки рассказывали ей подобные сказки, они делали упор на чувствах и телесных удовольствиях, а не на устройстве магических приспособлений.
Мир, который Наймира проходила на уроках географии, состоял из северного и южного побережий, обнимавших пролив Пробуждающегося Моря.
Большей частью южных земель владела её родина – Эстер, где правили маги, а могущество мага определяло его статус в обществе. Окружающие Эстер земли в основном представляли из себя обломки Древней Империи, это были части Эстера, объявившие о своей независимости, где вообще было плохо с какой-либо властью. И ещё южнее, в джунглях, пролегали земли изумрудников – загадочного и мало понятного всему цивилизованному миру племени варваров, которые на самом деле боялись магов и держали их в ужасных условиях.
В самом Пробуждающемся море дрейфовали Туманные Острова, где власть принадлежала осколку северного ордена Лилии, рыцарям, называвшим себя Хранителями. Эти Хранители возвели в культ борьбу с так называемой «древней кровью», а вместе с ней и с любыми проявлениями магии. Чародеев и ведьм в этих землях запирали в монастырях почти также, как на севере их обучали в закрытых башнях.
И да, Алкарон и Каледос – два самых крупных северных королевства – подчинялись Церкви и уважали традиции Ордена Лилии, так же ограничивавших свободу чародеев.
Но всё же Наймира ничего не слышала об использовании таких варварских средств, как ошейники, применительно к магам ни на северном материке, ни на Туманных Островах.
Оставались изумрудники – но как такие артефакты могли попасть от них так далеко на север? Неужели эти варвары имели какое-то отношение к тем?
Но нет, они были обычными светлокожими людьми. В любом случае, Наймира понятия не имела, как можно справиться с артефактами изумрудников…
Она скосила глаза, чтобы посмотреть на Айму и Кассандру, болтавших у неё за спиной. Затем повернула ошейник так, как будто проверяла, не попали ли под него волосы, позволила пальцам скользнуть вниз по затылку и попыталась выяснить, чем скрепляется ремень. Там была застёжка, но она казалась громоздкой, тяжёлой, и, похоже, запертой. Если бы она завладела оружием, смогла бы она разрезать кожаную часть? Был ли он зачарован против таких грубых атак? Ей нужно было хотя бы попытаться. Она получит свободу и сбежит, и все эти неуместные мысли о воинах с севера прекратятся, как только она благополучно вернётся в Эстер.
Наймира обнаружила, что в шатре находится Захарэль, только когда её рука оказалась заломлена за спину – а затем за ней последовала и вторая. И когда Захарель выпустил её, её руки снова оказались сцеплены за спиной, так что она споткнулась и потеряла равновесие.