– Тома, – завершила она свой рассказ, – не сможет ли Гена там, в Москве, сходить в Академию наук? А скорее, ему даже идти не придется… Ведь на конференции по физике могут оказаться специалисты по аэродинамике? Если и не прямо на конференции, то во всяком случае он найдет, к кому обратиться в университете. Там же, наверное, и кафедра аэродинамики есть. Гена – физик, молодой ученый, он разберется и поймет, кому нужно отдать.
Тамара согласилась поговорить с зятем. Геннадий неожиданно тетрадкой заинтересовался. Весь вечер и даже часть ночи он сидел под настольной лампой, эту потрепанную тетрадку изучал. Тамара даже удивилась.
Выполнить просьбу Геннадий согласился легко. Однако из Москвы вернулся туча тучей.
Тамара ни о чем зятя не спрашивала, а Вера потихоньку вызнала: в Московском университете плохо встретили доклад Геннадия, ну, то есть совсем плохо… Сказали, что в его исследовании нет научной новизны. «Вы добросовестно изучили и пересказали то, что открыли другие ученые. А ваше открытие где? Что нового вы внесли в изучение проблемы?» – спросил известный профессор, на кафедре которого Пафнутьев собирался защищать уже почти готовую диссертацию. После такой оценки защиту пришлось отложить. Геннадий о защите и говорить с профессором не стал – ему ясно дали понять, что это невозможно. «Буду дорабатывать», – сказал упорный Пафнутьев. А как дорабатывать? Где он эту новизну возьмет?
Насчет тетрадки – кому передал – Ольге показалось даже не ко времени спрашивать: у человека стресс, рушатся его надежды, а она с какой-то тетрадкой. Потом все ж спросила, в деликатной форме: «Наверное, Гена, там и некогда было тетрадь передавать?» Однако Геннадий не обиделся на вопрос, сказал, что все нормально. О подробностях, конечно, Ольге неудобно было узнавать, она и не стала.
Тамара же, проснувшись как-то раз ночью, увидела, что зять читает ту самую тетрадь! Ее нельзя было ни с чем спутать, довоенного образца, такие теперь не выпускают. Осторожная Козодаева у зятя про тетрадь спрашивать не стала, а выведала позже у дочки.
История оказалась не слишком красивая. Поняв, что сам вряд ли сможет открыть что-то новое в науке, Геннадий задумался: нельзя ли присвоить изложенные в тетрадке идеи и сделать их основой собственной диссертации?
Вера отговаривать мужа не стала. Защита сулила много привилегий. Квартира от института, высокая зарплата, карьерный рост становились возможными только после защиты.
