Сидя в самолёте, что к слову так же неприятно удивило парня, он размышлял, что же такого с него потребует глава. Слуги относились к нему с тревогой и почтением. Не то что бы раньше было что-то не так, но они будто что-то знали, чего не знал сам Шоджи. И это его раздражало. Однако памятуя, что пойдёт он к главе, славящемуся не самым простым характером и мощной молнией, он постарался скрыть абсолютно все эмоции. Это был его талант, настоящий, истинный. Пускать молнии с рук, может почти каждый в их клане, а вот искусно управлять своим лицом и эмоциями — больше никто.
Проходя к главному зданию, он постарался унять в себе волнение, и смирился с неизбежным. Страшная тайна, недоступная не клановым, но быть одарённым в клане — значит принадлежать ему, душой и телом. Это только в манге можно встретить какую-нибудь простушку из слабого рода, которая может нахамить принцу, в реальности же все понимали своё место и подобных вольностей не позволяли.
Наследник рода, сидящий в приёмной главы, и ожидающий когда его примут — не очень хороший признак, а сильно нервничающий наследник — признак гораздо худший. Шоджи почему-то всегда казалось, что им прощается абсолютно всё — насмотрелся на них в академии. Глубоко поклонившись, поприветствовал его. Едва стоило присесть в стороне от наследника, как их позвали. Слуга оживился, взглянув на меня.
— Проходите, вас ожидают. — Встал и поклонился он. Причём кланялся в основном юноше. Что не могло не настораживать!
Шоджи буквально заметил вспышку злости исходящую от наследника. Неужели так всё плохо, что слуга смеет проявить неуважение к наследнику клана.
Парень посмотрел на Дайчи сама и неуверенно встал. Наследник вставать не стал, по всей видимости, считая, что его должны пригласить отдельно.
Секретарь что-то сказал наследнику.
Шоджи стоял у входа, и смотрел на наследника. Дайчи сан, всегда являвшийся образцом твёрдости и достоинства, выглядел совсем не очень. Его глаза то и дело бегали по лицу юноши, словно стараясь что-то отыскать в них. Внезапно, по его лицу промелькнула эмоция решимости, будто он шёл на казнь. Он зачем то проверил карман пиджака. Выглядело это максимально неестественно.
Дальше всё было гораздо страннее. Глава, мощный старикан, который пугал многих, спрашивал с них о Чимей Акихико. Юноша едва вспомнил о ком идёт речь, бедный неодарённый парень, засунутый в приют. Он по мелочи наговорил ему тогда какой-то ерунды про честь одарённых, попросту описав то, что видел в клане. Даже какие-то тренировки ему оставил. Мелкий был, глупый.
Оказывается, этот парень кого-то убил, ограбил банк и сбежал. И в этом почему-то виноват наследник. Шоджи сидел тихо, стараясь не отсвечивать. Когда перед ним конфликт наследника в ранге мастера, и главы в ранге князя, это сигнал к тому, что разразись между ними бой — и от юного подмастерья не останется даже и горстки пепла.
Момент когда наследник снова засунул руку в карман пиджака и прорывая тонкую ткань из неё вылетел рой странных игл, вонзившись в грудь главы, Шоджи пропустил. Он ошарашено уставился на наследника.
— Закрой рот и дверь. — Коротко приказал он.
Парень быстро выполнил требуемое.
Далее Шоджи находился в прострации. Он передвигался, общался и улыбался на автомате. В его голове билась одна мысль, что он стал пособником в убийстве главы. Страх, что за ним сейчас придёт сб клана, не утихал, но когда он пришёл на приём к главе клана, с просьбой отпустить его в Токио, то Дайчи сама ошарашил его ещё больше. Он его брат и наследник клана. Прямо Санта Барбара! Дрожащими руками он вцепился в цепь наследника, как в круг для утопающих, и не отпускал её до посадки в самолёт, боясь что кто-то скажет что это шутка, и заберёт её у него. Лишь в самолёте он расслабился и поверил в происходящее, надев её. Естественно он и мечтать не смел, но как он смог заметить, иногда жизнь наследников трудна. Учитывая, что ранг подмастерье для простого одарённого — неплохой ранг, особенно в возрасте девятнадцати лет, то для наследника клана — это смех. Так что уже сейчас Шоджи раздумывал над тем, как бы ему быстро перебраться на следующую ступень. Да, всего одна ступень отделяла его от того, чтобы гордо расхаживать, не боясь никого.
И будь он проклят если не воспользуется своим положением.
Токио встречал его дождём. Накинув капюшон, юноша быстро пробежался по взлётной полосе к стоящей рядом машине, с клановым знаком.
— Шоджи сама. — Слуга вышел из машины и мок под дождём, глубоко поклонившись. — Рады приветствовать наследника в Токио. — С этими словами он выпрямился и открыл дверь машины.
