Ее крик насторожил Харлоу, он перестал смотреть вдаль и резко обернулся. Судя по густым черным деревьям, окружавшим крепость, и горам, проглядывавшим сквозь листву, мы, похоже, все еще находились на севере.
– Мэддокс, – заговорил Харлоу бесцветным тоном. – Как ты здесь оказался? – Его взгляд метнулся к женщине и ягуару, а затем вернулся ко мне. – Тебе нужно вернуться, пока остальные не заметили, – приказал лейтенант, делая осторожный шаг навстречу.
Он потянулся к оружию. Если Харлоу думал, что бросит меня обратно в камеру, то он ошибался.
– Хочешь верь, хочешь нет, но я пытаюсь помочь тебе, – утверждал он. – И Киаре.
Я зарычал:
– Не смей произносить ее имя.
Харлоу успокаивающе поднял руки. Иронично, ведь одна из них теперь сжимала клинок.
– Клянусь тебе, Джуд. Ты должен доверять мне. Всему свое время. – Он оглядел нас, затем тяжело вздохнул и сказал: – Мы в десяти милях от Фортуны…
Его слова оборвал удар эфеса клинка.
Прежде чем я успел среагировать, незнакомка набросилась на него, выхватила из ножен длинный меч и приложилась рукоятью к виску Харлоу. Его тело с грохотом рухнуло на землю. Я ошеломленно повернулся к ней.
– Что? – она пожала плечами. – Он слишком много болтал, а нам пора убираться отсюда.
– Скорее всего, он собирался нас отпустить, – возразил я и повернулся, дабы убедиться, что Харлоу жив. Его грудь размеренно вздымалась и опускалась, и я с облегчением выдохнул. Удар оказался не смертельным.
Она убрала оружие в ножны:
– У нас нет времени на пустые любезности.
Я решил, что эта женщина мне совершенно безразлична.
Тем не менее я побежал с ней к деревьям, позволяя обсидиановому лесу поглотить нас.
Вскоре привычная темнота перекрыла мерцающие огни крепости у нас за спиной, и я едва видел, куда ступал на неровной земле. Тростник царапал мои босые ноги, ветки резали торс. Я был полураздет, и бежал из заточения, и никогда в жизни не чувствовал себя настолько беспомощным.
Глаза болели и начинали гореть. Но чем дальше мы бежали, тем меньше они меня беспокоили и тем ярче становился лес. Будто мое зрение приспособилось, а луна увеличилась вдвое.
– Почти на месте!
Ягуар зарычал, проносясь мимо меня след в след своей хозяйке. До меня наконец дошла странность всего происходящего.
Я остановился.
– Почему ты мне помогаешь? – крикнул я, заставив незнакомку замедлиться. Она драматично вздохнула, затем развернулась и подошла ко мне.
– Потому что Сириан впервые отбыл, предоставив мне прекрасный шанс пробраться внутрь. И поверь, мне хочется остановить эту марионетку в маске так же сильно, как и тебе. – Она наклонила голову, бросив на меня злобный взгляд. От одного этого взгляда можно было задохнуться.
– Некоторые называют меня Мэлайей, – продолжила она, похоже наслаждаясь тем, как я открыл рот от ее откровения. – И теперь ты будешь должен мне услугу, когда за тобой перестанут охотиться, как за дичью. – Она отступила, захрустев сапогами по густому подлеску. – Когда наступит этот день, я жду, что ты оплатишь свой долг. Я поняла, что всегда полезно заранее подружиться с теми, кто еще не успел прийти к власти.
Чертова богиня. И одна из самых безжалостных.
Никогда бы не подумал, что предпочту, чтобы появился Арло, но отчаянные времена и все прочее.
– Мэлайя. Богиня мести и искупления, – пробормотал я, нуждаясь в том, чтобы произнести это вслух. Ходила молва, что главные боги и божества, подобные ей, когда-то бродили по земле среди людей. Но это было несколько десятилетий назад, а после исчезновения Рейны сгинули и остальные божества.
– Единственная и неповторимая, – подтвердила она, продолжая отступать к лесу. – Я бы навестила тебя раньше, но мне нужно было разобраться с врагами. Не только за тобой охотятся.
От кого она бежала? Ее враги вполне могли оказаться и моими.
Мэлайя взглянула наверх, где на ветку приземлился звездокрыл. Она нахмурилась и с шипением отогнала его.
– Но здесь я тебя оставлю. Мне нельзя долго задерживаться на одном месте.
У меня осталось так много вопросов.
Но вместо этого я задал единственный, который действительно имел для меня значение.
– Киара, – крикнул я, вновь заставляя богиню остановиться. Она застонала, словно сам мой голос причинял ей боль. – Ты не знаешь, все ли с ней в порядке? Слышала ли ты какие-нибудь новости?
– Я встретила ее, – призналась Мэлайя, и мое сердце бешено заколотилось от облегчения. – Она исполняет свою часть работы, как и ты.
Мне хотелось спросить, в ярости ли она, хотя, когда Киара посещала мои сны, она выглядела отчаянной, но, скорее всего, то было связано с моим состоянием. Мне было все равно, даже если она затаила злобу из-за моего ухода; я это заслужил. Возможность увидеть ее снова будет стоить ее гнева. Особенно после… после того, что мы произнесли в той камере. Тогда я почувствовал, что наша связь скрепилась, и, словно соглашаясь, мой шрам запульсировал в ответ, по линиям, похожим на виноградные лозы, которые она мне подарила, разлилось тепло.
Это действительно был не сон.
