Поджав губы, я предупреждающе взглянул на нее, но Киару не так-то легко разубедить. Она лишь прильнула губами к моей шее, осыпая ее поцелуями. У меня вырвался стон.
– Так нечестно, – выдавил я.
– А я никогда не играю честно.
Киара скользнула губами по моей заросшей щетиной челюсти, прокладывая дьявольский след на скулах, прямиком к шрамам. Она задержалась на них, чествуя отметины, которые я когда-то считал чудовищными. Для нее они были просто частью меня, и она демонстрировала свое истинное к ним отношение.
Справа от нас сверкнула падающая звезда.
Я с неохотой отстранился, ровно настолько, чтобы изучить бронзовый туннель впереди. Не уверен, что именно ожидал увидеть после падения в пустоту, но это королевство света, звезд и мерцающей воды и близко не стояло с любыми предположениями.
Несомненно, здесь крылся какой-то подвох.
– Что такое? – спросила Киара.
– Ты отвлекаешь меня. Опять. – Нам следовало хотя бы изучить наше новое окружение. Убедиться, что нигде не поджидают сюрпризы. Если точнее, сюрпризы с кинжалами.
Киара вздохнула:
– Нам стоит немного отдохнуть и подождать, когда остальные спустятся менее ужасающим способом. Уверена, у Лисицы в сумке есть моток веревки и какое-нибудь снаряжение. Я слышала, она коллекционирует всякие приспособления.
Я все еще не отпускал Киару. С трудом удавалось напоминать себе о миссии. Все, чего я хотел, – касаться ее. Везде и всюду. Заставить стонать мое имя…
– Ты смотришь на меня так, словно хочешь сожрать живьем, – поддразнила она, хотя глаза ее были прикрыты, а в голосе слышались хриплые нотки.
– И что, если так? – спросил я, зарываясь пальцами в ее локоны, наслаждаясь их шелковистой текстурой. Я осторожно запрокинул ее голову. Внезапно убедил себя, что никакие монстры нас не поджидают. Нет никакой опасности. Хотя в сей момент я руководствовался отнюдь не разумом.
– Что, если я неделями мечтал попробовать тебя на вкус, а ты лишь дразнила меня каждый день, каждый миг? – произнес я. – Каждый раз, когда ты входила в помещение, словно владела им, у меня перехватывало дыхание, и я не мог отвести взгляда, каждая твоя дерзость лишь распаляла мою кровь, пока я не начал бояться, что ты окончательно меня уничтожишь.
Киара утратила дар речи, уставившись на меня широко распахнутыми глазами и приоткрыв губы.
Мое сердце слишком громко стучало в ушах, а щекам стало чересчур жарко.
И тут я заметил нежное свечение, пробивающееся сквозь льняную ткань ее плаща. Нахмурившись, я отодвинул край. Киара ахнула, потянувшись к моей руке.
Наши одинаковые шрамы поблескивали, пульсируя в унисон. Я опустил ладонь, и она последовала моему примеру, а следом подняла руку к моей груди. Свет вспыхнул ярким пламенем, затем угас, но сияние не исчезло полностью.
Мне было плевать, что наши спутники, скорее всего, уже направляются к нам и что нам предстоит отправиться еще глубже в логово бога Луны.
Судьба и так украла у меня слишком много, но эта ночь ей не достанется.
– Джуд, – начала Киара с несвойственным ей смущением. – Думаешь, мы испытываем эти чувства только потому, что… – Она указала на наши шрамы, завершая вопрос. – Арло сказал…
– Мне плевать на его слова. – Я не хотел срываться, но от одной мысли о том, что он предположил такое, во мне закипала кровь. – Ничего подобного в истории не случалось, и я уверен, что старый бог заботится о тебе, насколько умеет. Но рядом с тобой я чувствую нечто более могущественное, чем магия, и оно сильнее, чем то, что заключено во мне. И хотя я верю, что
Я предстал открытой книгой, выставив напоказ все чувства, которые Киара при желании могла разорвать на части. Это было столь же страшно, сколь и волнующе. Больше всего пугало то, как она молча смотрела на меня. Боги, мне нужно, чтобы она произнесла
Но тут ее шрам вспыхнул ярче, засияв почти так же, как ее улыбка.
– Хорошо, – просто сказала Киара, ухмыляясь. – Хотя часть меня считает, что за тебя говорит магия. Так несдержанно. Так… идеалистично.
Я воздержался от того, чтобы закатить глаза.
– Что я могу сказать? Ты ужасно на меня влияешь.
Дразнящая ухмылка Киары исчезла. Что бы она ни увидела на моем лице, это побудило ее вцепиться в меня. Вцепиться, как в спасательный круг. Я надеялся, что она видит мою правду так же ясно, как и я ее.
Она медленно оттянула край рубашки, обнажив мой пылающий шрам.
Ее губы скользнули по моей коже, пустив волну мурашек. Киара целовала каждый дюйм моей раны, не торопясь, мучая меня. С каждым ее движением мое желание росло, и, будто в ответ на это, ее поцелуи становились все более нетерпеливыми.
Больше никаких сомнений. Никаких страхов.
Оставив последний поцелуй над моим колотящимся сердцем, Киара подняла голову. В ее глазах возник еще один вопрос; и я знал, как на него ответить.
