Сокрытая сталь полностью

Роджер улыбнулся.

— Нет, Гвен разрешила мне наблюдать за происходящим из фургона ЧДП, на случай, если тебе понадобится дополнительная помощь. Но у меня сложилось впечатление, что ты захочешь разобраться с этим сама.

— Да. Но спасибо, что присмотрели.

— Не за что. — Он помолчал и добавил. — Вообще-то, я рассматривал это как собеседование при приеме на работу.

Все посмотрели на меня.

— Собеседование? — спросила я.

— На постоянную должность в ОМБ. Ты проявила храбрость, творческий подход, а когда дошло до дела, порядочность. Я еще раз приношу извинения за то, что отстранил тебя. К сожалению, это издержки открытости.

— Знаю. Мне это не нравится, но я знаю. Работа? — напомнила я.

— Полный рабочий день, — повторил он. — Будешь Помощником Омбудсмена.

Я некоторое время смотрела на него.

— С настоящим значком?

Его губы скривились.

— С настоящим значком.

— И Тео будет моим напарником.

Роджер посмотрел на Тео, и тот кивнул.

— Принято, — сказал Роджер.

Мое последнее требование касалось слухов. О них шепчутся в темных уголках Интернета, но никогда не встречаются в реальной жизни.

— Я хочу титановую карту «У Лео».

Тео фыркнул.

— Бесплатный кофе до конца жизни владельца? Это полный бред. И даже если бы это было так, ты бессмертна. Они бы ни за что на это не согласились.

Я рискнула именно по этой причине, надеясь договориться с «У Лео» о кофе в комнате отдыха.

Но Роджер понимающе улыбнулся, что говорило о том, что у него есть навыки, о которых мы даже не подозревали.

— Тоже будет сделано.

— Она существует, — тихо произнес Тео, в его голосе звучали удивление и надежда. — Титановая карта существует.

— Важный день для тебя, — сказал Роджер, сжимая руку Тео. Затем он протянул ее мне. — Добро пожаловать на борт, Помощник Омбудсмена Салливан.

Мы пожали друг другу руки, и сделка была заключена.

Тео наклонился ко мне.

— Я хочу получить эту карту.

Я фыркнула.

— Чувак, ты сам веди свои переговоры. Моя карта, мой кофе.

— Не самый лучший способ начать партнерские отношения, — весело заметил он, затем посмотрел на Коннора. — У нас все в порядке?

— У нас всегда все было в порядке, — ответил Коннор, сжимая плечо Тео. — Это не значит, что я не буду придурком, если у нее возникнут неприятности.

— Аналогично.

Они обнялись, по-мужски, похлопывая друг друга по спине, и это выглядело скорее болезненно, чем дружески, но неважно. Мои мальчики снова стали друзьями.

* * *

Мои родители были последними; они ждали меня в стороне от толпы. Я посмотрела на своего папу, который сложил пальцы сердечком.

Мило и унизительно одновременно.

— Иди сюда, — сказал он и раскрыл объятия.

Я подчинилась и приложила все усилия, чтобы не расплакаться. Даже когда я стала взрослой, этот взгляд, полный любви — всеобъемлющей и всепрощающей — заставил меня расплакаться.

— Ты сама выбрала свой путь, — сказал он. — Это не тот путь, который мы бы выбрали, но мы очень гордимся тобой.

— Спасибо, папа.

— Что касается того, как ты разобралась с AAM... — В его усмешке слышалось глубокое удовлетворение. — Ты во многом моя дочь.

Мама фыркнула.

— Как будто были сомнения.

Он повернулся и посмотрел на Коннора.

— Я не буду просить тебя присматривать за ней, потому что знаю, что она может сама о себе позаботиться. Но ты поможешь ей. Вы будете заботиться друг о друге.

— Будем, — сказал Коннор.

Следующим вечером нужно было решить одну небольшую проблему.

Я подошла к зданию САЦ, мне сказали, что Миранда в гараже, и я направилась к нему, но потом на мгновение остановилась перед закрытой дверью и задумалась.

«Мы защищаем друг друга».

Это стало нашим кредо, своего рода принципом наших отношений. И теперь пришло время мне внести свою лепту, защитить то, что я могу.

Я открыла дверь и обнаружила, что она одна, работает за одной из стоек, выстроившихся вдоль стены.

Теперь, когда сделала выбор, я не стала терять времени.

— Нам нужно поговорить.

Она подняла глаза, оглядела меня и отвела взгляд в сторону.

— Чего ты хочешь?

— Я ничего не хочу. Но ты в долгу перед Коннором. Я намерена проследить, чтобы он получил компенсацию.

Она фыркнула.

— Я даю именно то, что обязана. Верность Стае. И все.

— Да? — спросила я, склонив голову набок. — Я слышала совсем другое.

Она встала.

— Если тебе есть что сказать, говори и проваливай.

— У тебя нет терпения, Миранда. В этом отчасти твоя проблема. С другой стороны? Леви вспомнил тебя.

— Какой к черту Леви?

— Он вампир. Это сотрудник Отдела по соблюдению правовых и этических норм, который ответил на твой звонок в ту ночь, когда ты сдала своего принца вампирам.

Впервые за все время нашего знакомства она выглядела по-настоящему обеспокоенной тем, что я сказала.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Понимаешь. Ты рассказала им, что я обратила Карли.

Она на мгновение замолчала, вероятно, обдумывая свои действия, затем, прищурившись, посмотрела на меня.

— У тебя ничего нет. Я слышала, что он совсем чокнутый.