– А, не беда. В лесу о траву отчистятся… Ну, как? Видел секретаря?
– Видел.
– Знаешь теперь, зачем вызывал?
– Так точно, знаю, товарищ командир!
– То-то… Пошли!
Сразу за околицей местечка Марков и Зайцев свернули с торной дороги и двинулись к синеющей вдалеке зубчатке леса.
Через несколько дней в Злынку вступили гитлеровские войска. Но еще до этого Марков отправил семью на восток и, объяснив на всякий случай соседям, что и он тоже уходит с армией, окончательно переселился в лес.
Первые дни Злынковский районный партизанский отряд не предпринимал крупных боевых операций. Для этого просто не хватало сил. Надежды на то, что часть бойцов и командиров истребительного батальона останутся партизанить, не оправдались. Большинство из них ушло в армию. Вражеский тыл отпугивал людей, партизанская война многим казалась безнадежным делом.
В отряде Маркова, после того как фронт откатился на восток, оставалось всего десятеро. Правда, Петр Андреевич знал, что в Злынке и в окрестных селах есть надежные люди, которых хоть сейчас принимай в партизаны. Во многих местах группами и в одиночку скрывались до поры красноармейцы и командиры, по тем или иным причинам оказавшиеся в тылу врага. Их Марков с уверенностью причислял к своему первоочередному резерву.
С чего начать? Прежде всего, рассудил Марков, надо по возможности обезопасить отряд. А для этого – наладить связь с подпольем в Злынке и с другими отрядами, действовавшими поблизости. Надо немедленно подобрать в окрестных селах надежных людей, чтобы помогали партизанам продовольствием и одеждой, предупреждали бы о появлении карателей, подбирали бы пополнение для партизан. В том, что отряд в самом ближайшем будущем начнет расти – Марков не сомневался.
Еще одно важное дело – оружие. В первые дни вооружение отряда составляли только винтовки да два нагана – у самого Маркова, положенный ему по штату как комиссару истребительного батальона, и у бывшего милиционера Петра Романова – милицейский. Правда, Марков добыл еще и станковый пулемет «максим». Пулемет этот отслужил свое еще в гражданскую. И еще задолго до войны был перекрашен в черный цвет и передан в качестве учебного пособия в осоавиахимовский кружок при Софиевском спиртзаводе. Однако еще вполне годился к бою. Но… к «максиму» не было лент. Словом, отряд остро нуждался в оружии. Одно из первых заданий, которое Марков дал подпольщикам, – сбор оружия на местах, где шли фронтовые бои. Кое-чем Марков рассчитывал поживиться за счет предателей: гитлеровцы, как я уже говорил, начали сколачивать полицию.
Холодно, сыро, неприютно было в первой партизанской землянке, которую злынковцы вырыли в глухом урочище неподалеку от лесной речки Велемки. Одолевали тяжелые думы. Ворочался Марков на жестких, кое-как сколоченных из жердей нарах и думал, думал. О фронте – где он теперь? Ползли слухи – будто Москва взята, бои идут чуть ли не на Урале. Но Марков этим слухам веры не давал. С тех пор как отошли наши из этих мест, в землянку не доходило почти никаких достоверных вестей. Последние сведения о том, что советские войска оставили Брянск, привезла жена Петра Андреевича: она так и не успела уйти далеко – обогнали наступающие гитлеровские войска. Вместе с детьми ей пришлось возвратиться в родные края. И теперь семья командира жила в землянке вместе с ним. Конечно, нелегко. Но дома, в Софиевке, нельзя – верная гибель!
Более всего Марков думал о том, как подступиться к настоящему партизанскому делу. Первую, крупную по масштабам своего отряда, операцию Марков предпринял еще в октябре.
Из Дубровки в лес прибежал мальчишка – сын старого приятеля Маркова, одного из немногих, кто знал, где стоят партизаны. Мальчишка прибежал не к самой землянке – ее точное местонахождение Петр Андреевич держал на всякий случай в тайне, а на полянку, что раскинулась неподалеку, к росшему с края старому дубу, который служил местом встреч со связными.
Мальчишка трижды ухнул филином и стал ждать.
Вскоре шевельнулись кусты, и на полянке появились Марков и Романов.
– Батька велел передать – каратели у нас, – зачастил мальчишка. – На ночлег встали. Двух дедов за то, что шапки не скинули, шомполами отделали. Лесника повесили. И сейчас висит…
– Сколько их? – спросил Марков, стискивая зубы.
– Девять подвод. С ними бургомистр из Злынки. Злющий!
– Пулеметы есть?
– Две штуки, батька сказывал.
– А куда путь держат? Не проведал батька?
– Как же мой батька, да не проведал! Вот, слухайте, дядечки: завтра – на Софиевку. Оттуда – на Большие Щербиничи, на Рогов, на Карпиловку, Спиридоновку и Денисковичи. А оттуда назад, в Злынку.
– Ладно, хлопец, спасибо, – сказал Марков. – Беги до дому. Смотри, осторожней, чтоб часовые не заметили!
– Да они все пьяные! Где им меня углядеть… Да я такой дорогой…
– Ладно, ладно, вижу, что герой! – перебил Марков. – Сыпь обратно. Не забудь бате привет передать. Спасибо ему скажи!..