Соль под кожей. Том третий полностью

Я подспудно, но все-таки догадывалась, что Завольский выберет тот самый метод, который я изначально списала на скамейку запасных. Но не стала на этом концентрироваться. Просто пустила все на самотек.

Да, конечно, могла бы предупредить Угорича.

Заявиться к нему, выложить все как есть, сунуть под нос осиное гнездо, которое он разворошил. Неминуемо подставить себя под удар вопросами — откуда я в курсе таких подробностей. Я бы, конечно, могла что-то наплести, но Угорич никогда бы не схавал это просто так. Он бы попытался извлечь выгоду и из очередного своего просчета. Возможно, пошел бы к Завольскому и ради денег сдал бы наш разговор. Он ведь тоже был загнанной крысой и бежать из этого угла ему можно было только вперед — на авось.

А самое главное.

Я отпиваю еще кофе, с трудом проталкиваю горечь дальше по горлу.

Почему я должна была рисковать всем ради ублюдка, который собирался сделать с мной такое. Который заперся в комнате с шестилетней сестрой и буквально задрал ей платье. Если бы не няня, которая приехала из-за настойчивого звонка мамы (как я узнала позже) — Угорич бы не остановился. Я была маленькой и глупой, но его взгляд и улыбку шакала помню до сих пор.

Я — Шутова.

Димка прав.

Я не буду корить себя за то, что стукнула лбами двух ублюдков. Ни одному из них я не вкладывала в руки колюще-режущие и быстро воспламеняющиеся предметы.

Так что пусть идут на хер.

И вся эта срань — следом за ними.

После встречи с юристами — как я и предполагала, длиной минут в двадцать — нахожу в телефоне контакт Авдеева. Несколько минут листаю нашу переписку, вспоминаю последний разговор и его «мы же деловые партнеры». Да, именно поэтому я должна его предупредить. И как бы там ни было, я все равно чувствую себя слегка перед ним виноватой.

Я: Примерно через неделю, если все пройдет удачно, я слетаю с «генеральской» должности и ухожу из «ТехноФинанс» с концами.

Я:С большой долей вероятности, в кресло снова сядет Завольский.

Я:Планируй свои общие дела исходя из этой информации.

Вадим:Ни фига себе новости.

Вадим:Что случилось, Монте-Кристо? Помощь нужна?

Я улыбаюсь, представляя, что написал он это сообщение уже примерно на полпути к машине, куда собирался сесть, чтобы рвануть меня спасать.

Я:Это исключительно добровольное и полностью осознанное решение. Пишу это в пустом кабинете и на моем лбу нет красной «мушки» прицела. Кажется)))

И, подумав немного, добавляю: «Прости, что не была готова услышать правду. Теперь услышала, она меня на хуй убила».

Вадим:Какие теперь планы?

Я благодарна, что он не пишет штампованные слова сожаления и прочую дребедень. Меньше всего мне сейчас хочется углубляться в рефлексию. И так держусь исключительно на «гормональных уколах», которые Шутов вколачивает в меня членом, руками и языком без пропусков каждый день. Дважды в день. А иногда и трижды. Тридцать семь годиков мальчику, божечки.

Я:Собираюсь найти другое место, к которому смогу приложить свои гениальные мозги и выдающиеся таланты.

Я:На всякий случай, Авдеев — к мужу я не пошла и к тебе тоже не пойду. Мне нужно мое личное поле для игры, без страхующих и на общих условиях.

Вадим:Ты меня уже дважды продинамила, Монте-Кристо.

Я:Запомни меня такой!)))

Я:Но если вдруг тебя заинтересует некоторая… скажем так, интересная информация…

Да, я собираюсь слить ему «ТехноФинанс». Вадиму Завольский как кость в горле. Если бы Завольский бодался честно, то я бы поставила на победу Авдеева — рано или поздно. Но «честно» и «Завольский» — это абсурд. Он все равно попытается подложить Вадиму свинью.

Вадим:Для тебя это безопасно?

Он, конечно, сразу понимает, что именно я предлагаю.

Я:Абсолютно. Встретимся, обсудим?

Вадим:Когда?

Я:В среду, во второй половине дня. Созвонимся и решим точнее.

Вадим:А муж не заругается, на свиданки ко мне бегать?))

Вадим:Исключительно деловые, мы держим это в уме.

Вот же матрешка долбаная!