Пистолет сухо щелкнул, обойма пуста, а пять волкодавов или человекодавов, кому и как лучше звучит, вломились в наши боевые порядки. Одна из тварей бросилась на меня, мы покатились по грязной траве, и я оказался под тяжелой вонючей тушей. Все на что меня хватало, это удерживать обеими руками пса за шею. Животное ярилось, пыталось дорваться до моей обнаженной шеи, а из его пасти на мое лицо капала мерзкого вида тягучая слюна. Мы боролись, пес был силен, но я его не отпускал, и сложилась патовая ситуация, когда псина не может меня загрызть, а я не могу даже до ножа дотянуться.
Выручил меня Як, прыгнувший на нас двоих, меня и псину, сверху, и саперной лопаткой, рассекший животине черепок. Кровь и мозги, полились на меня сверху, тяжесть двух туш я не выдержал, хоть и крепкий парень, но все же не Геракл, руки разжались и меня вдавило в грязь. Благо, сразу же и полегчало. Волкодава откинули в сторону, и я смог встать, но не надолго.
Следом за боевыми животными последовали "беспределы", выжившие под нашим огнем, и понеслась рукопашка. Мне прилетело сразу. Какой-то мелкий уродец, на кривых ножках и с ожерельем из человеческих зубов на шее, ткнул меня дубинкой в живот. Разгрузка, куртка и камуфляж, удар смягчили, не без этого, но больно было так, что меня всего скрутило, и я вновь упал в грязь. Правда, сразу же откатился в сторону, и тем сберег свою бедовую голову от соприкосновения все с той же самой дубиной. С полминуты, не меньше, катался я в грязи под ногами сошедшихся в смертельном бою людей, а кривоногий дикарь, пытался меня укокошить. Хрен ему! Мне все же удалось оклематься и вскочить на ноги. Дальше дело техники, перехватил дубинку левой рукой и, коротким ударом справа в челюсть, вырубил кривоногого "беспредела".
Радоваться победе было некогда, надо было своим помочь, и все что я смог, это схватить оружие дикаря, упавшего мордой в грязь и, орудуя дубиналом, изобразить из себя былинного богатыря. Надо сказать, что это у меня получилось неплохо, двоих противников я уложил, а там, мы их все же задавили.
Бой как-то сам собой затих. С десяток дикарей откатились от нашей позиции, им вслед метнули пяток гранат, и стало очень тихо. Мы сразу же подготовили свое оружие к бою, перезарядились, и уже после этого подсчитали потери. Троих наших бойцов дикари все же убили, остальные, все изранены, хорошо еще, что легко, в основном ссадины и ушибы, без переломов и отрубленных конечностей. Правда, пропал Игорян-пулеметчик, боец из моей тройки, видимо, его уволокли отступающие дикари. Жаль парня, привык к нему, а тут, такой случай, что вариантов получить его назад живым, не было никаких. Дикари, они на то и дикари, что обмен пленных не практикуют.
Впрочем, учитывая, что против нас было сотни три "беспределов" и собаки, отбились мы легко. После этого боя, нападений больше не было, а "беспределы" отступили и вернулись в развалины Батайска, где растеклись по подземным коммуникациям и подвалам, которые имелись на территории городка в большом количестве. Пойти на прорыв они не пытались, а как ни в чем не бывало, не реагируя на наши разведывательные группы, обходящие город со всех сторон, жили своей обычной жизнью. Одно слово - животные, некогда бывшие людьми. Есть непосредственная опасность - дерутся, нет - сидят на попе ровно, мяско пережевывают.
Батайск, Красные Сады, Пятихатки и Койсуг, некогда составлявшие единый жилой массив, наши части, несмотря на большую заболоченность окрестностей, окружили быстро, всего за три дня. Передовые мотострелковые дозоры, подошли к древнему Ворошиловскому автомагистральному мосту через Дон, который находился под контролем ополченцев Демократического Фронта и установили с ними связь. Почти победа, и оставался сущий пустяк, войти в Батайск, где по самым скромным прикидкам было три больших орды, общей численностью до двадцати пяти тысяч рыл, и покрошить их в капусту. Делов всего ничего, решили в нашем штабе, и отдали команду на штурм городка.
На позиции выдвинулись все четыре бригадные САУ "Мста-С", десяток гаубиц Д-30, и полсотни 120-мм минометов. Вокруг города заняли позиции все имеющиеся в распоряжении нашего, уже комбрига, полковника Игнатьева, гвардейские части, а полторы тысячи солдат из частей быстрого реагирования, в это же самое время готовились наступать с юго-запада. Все готово, люди ждут, а приказа нет. Проходит час, другой, и появляется некий высокий чин из столицы, лично приехавший посмотреть на войнуху. Его машина, какой-то приземистый вездеход черного цвета, стоит недалеко от нас, метрах в трехстах, рядом охраны, не меньше полсотни бойцов, вооруженных с ног до головы, и наш полкан, что-то увлеченно рассказывающий ему и размахивающий руками. Стратеги, етить их всех в бога и душу.
Швирхх! - от расположения отцов-командиров взвилась ввысь красная ракета, а значит, у нас есть еще минут двадцать.
