В землянке сидели Жуков, Конев, еще два генерала, а перед ними стоял офицер штаба партизанского движения и докладывал, что не со всеми отрядами есть связь, партизанский отряд «За Родину», по его данным, в полосе действий фронта не значится.
— Ничего ты не знаешь! — повысил голос командующий фронтом генерал Конев. — Вот послушай, что скажет старшина. Сможете показать на карте, где действовал ваш отряд? — обратился он к старшине Клокову.
— Могу, — ответил Петр и шагнул к столу. — Вот где размещался отряд, а тут мы взорвали мост.
— Пошлите самолет туда, — сказал Конев, уставив острый взгляд на офицера. — Старшине Клокову дайте надежных автоматчиков, снабдите его всем, что он потребует. Организуйте как следует.
— Задача ясна? — спросил Жуков.
— Так точно! — ответил Петр. — Надо эвакуировать на Большую землю жену и дочь генерала Косенко.
— Верно, надо. Свободен.
…Но еще до вылета Петра в тыл врага произошло непредвиденное. В партизанском отряде, когда стало известно об успешном разгроме немцев под Сталинградом, было решено ответить на это радостное событие активными боевыми действиями и уничтожить прибывшие новые вражеские самолеты на ближайшем аэродроме. Как и положено, сначала действовала разведка, потом все спланировали, рассчитали и вышли на боевое задание. Одну из групп возглавляла комиссар Косенко.
Ночью группы партизан окружили аэродром со всех сторон. «Шумовая» группа приблизилась к постам и открыла огонь. Тем временем партизаны под командованием комиссара отряда ворвались в казарменный городок подразделений охраны и технического обслуживания самолетов. Подрывники воспользовались этим и, проникнув к самолетам, в течение нескольких минут подорвали и подожгли все машины.
Еще одна группа во главе с командиром отряда прикрывала отход партизан, создавая условия, чтобы группы нападения оторвались от преследования противника. Пока партизаны уходили глубже в лес, батальоны карателей окружили партизанскую базу и жестоко расправились с детьми и ранеными. В перестрелке погибла медсестра лазарета дочь генерала Косенко Октябрина. В санитарной сумке ее нашли записку:
«Наш отряд из двадцати человек разбит. Все ранены, но мы сражаемся».
Девочка думала, что после ее гибели записку найдут фашисты и поверят, что весь отряд в двадцать человек уничтожен, и не будут преследовать тех, кто ушел на боевое задание. Но гитлеровцы, уничтожив партизан, оставшихся на базе, продолжали настигать боевые партизанские группы. В боях многие бойцы из отряда «За Родину» погибли. В перестрелке была убита и Зоя Петровна Косенко.
Когда Петр Клоков был доставлен на самолете в район действия партизанских отрядов и бригад, ни Зои Петровны, ни Октябрины в живых уже не было. Об этом он узнал от партизан на аэродроме.
Петр Клоков решил обратным рейсом возвратиться в штаб Западного фронта и доложить обо всем лично Жукову.
На исходе ночи ЛИ-2, заполненный до отказа партизанами, взмыл в темное небо. Летчик взял курс строго на восток. Он, Петр, только теперь ощутил щемящую боль в груди и почувствовал себя таким одиноким…
Разгром крупной вражеской группировки под Сталинградом изменил стратегическую обстановку на советско-германском фронте к началу 1943 года в пользу Советских Вооруженных Сил.
Настало время массового изгнания агрессоров с родной земли. Немецко-фашистские войска несли одно поражение за другим. Чтобы задержать наступление Калининского и Западного фронтов, гитлеровское командование вынуждено было спешно перебросить сюда многие дивизии из Западной Европы, бросить в сражение танковые дивизии из резерва.
Во взаимодействии с Черноморским флотом Южный и Закавказский фронты освобождали промышленные и сельскохозяйственные районы Дона, Кубани и Терека. Крупную группировку врага на Верхнем Дону громили войска Воронежского, Брянского к Юго-Западного фронтов.
Настал час прорыва блокады Ленинграда. Координировать действия Ленинградского и Волховского фронтов поручалось Ворошилову и Жукову. Маршалу Ворошилову эту задачу Ставка поручила еще в декабре.
Лед на Неве и на болотах оказался еще слабым, поэтому начало наступления было перенесено на 10—12 января. Для согласования вопросов действия двух фронтов Ворошилов прибыл в Москву. А после Нового года он вместе с Жуковым вылетел в Ленинград. В самолете Ворошилов рассказывал об осажденном Ленинграде. Он говорил о страшном голоде, который подкосил сотни тысяч людей, о варварских бомбежках и разрушениях, о патриотизме ленинградцев, на долю которых выпали мучительные дни блокады.
— Понимаешь, Георгий Константинович, я тогда в сорок первом все отдал 54-й армии Кулика, надеялся, что прорыв блокады еще в сентябре будет обеспечен. Трудно, но это можно было сделать. — Помолчав, Климент Ефремович опять заговорил: — Ты решил совершенно правильно, когда принял командование Ленфронтом. Опираясь на партийную организацию, ты поднял, мобилизовал все, что способно защищать город.
