Вот-вот, казалось, осуществится столь желанная мечта. Было ясно, что турецкай армия разваливается вместе с прогнившей Оттоманской империей и не устоит против воинственных болгар и сербов. Тень поражения нависла над Турцией. Все российские газеты были наполнены бесчисленными восторгами в честь успехов славян. Много шума было также и в без того шумной Одессе. В витринах редакций самых крупных городских газет, таких, как «Одесские новости» и «Одесский листок», были выставлены карты Балканского театра военных действий крупных масштабов. На них отчетливо обозначался фронт обеих сторон, большими стрелами показывались успехи болгар и сербов и отход турецкой армии. Перед этими витринами всегда толпились горожане, и комментариям не было конца.
— Вот наши братишки поддают туркам — того и гляди, захватят проливы.
— У-у, тогда раздолье! Пойдет наш флот в Средиземное море и на запад.
— Да, простор будет русским товарам, особенно нашей пшеничке.
— По дешевому фрахту!
Вопрос о проливах больше всего занимал торговцев, отсюда и определенная направленность разговоров у газетных витрин.
Ванюша со своими товарищами тоже обычно терся в толпе. Ребятами владело общее настроение подъема, и они всерьез поговаривали: а не отправиться ли добровольцами в болгарскую армию? Перед глазами Ванюши все время стояла фотография, широко распространявшаяся во время и после русско-японской войны. На ней был изображен мальчик-доброволец, которого поощряет генерал Линевич.
Но этому угару неожиданно наступил конец: болгары и сербы почему-то повздорили между собой и, мало того, начали драться, по-видимому, не без тайного влияния германских агентов. Турки не замедлили этим воспользоваться, перешли в наступление и вернули Адрианополь. Только вмешательство великих держав заставило сербов, болгар и турок прекратить войну и заключить мирный договор.
Ванюша был огорчен таким исходом военных событий. Но житейские дела скоро отвлекли его от политики. К этому времени у него появились новые обязанности на работе. Его хозяин Михаил Петрович Припусков жил не по средствам, как всегда, не вылезал из долгов и в своих торговых делах вынужден был всячески изворачиваться. Товар он покупал под векселя, а то и просто брал взаймы деньги у своих друзей, более осмотрительных купцов, которые вели скромный образ жизни: вытягивали ножки по одежке. Вот купец и гонял Ванюшу по всем банкам, банкирским конторам, а когда запаздывал с погашением долгов, то и по нотариальным конторам — выкупать векселя. Почти каждый день Ванюша получал двадцать пять или пятьдесят рублей и пятачок на трамвай, чтобы поскорее поспеть в Азово-Черноморский банк, банк «Лионский кредит» и выкупить вексель, пока он не будет передан на опротестование — тогда его выкуп обойдется на два процента дороже. Ванюша уже знал, сколько времени надо, чтобы добежать до банка и, сунув в окошечко (пока оно еще не захлопнулось) деньги, получить вексель. А пятачок, конечно, опускал себе в карман. Если же следовало выкупить векселя в разных банках, то, смотришь, и два пятачка попадали в карман. Это был опять-таки честный заработок, здесь Ванюша никого не обманывал.
К тому же все чаще Ванюше поручалось относить покупки на дом. В этом случае ему перепадали и гривенники. Таким образом, у него появились побочные доходы. Ванюша покупал на почте сберегательные марки и старательно наклеивал их на сберегательные карточки. Из пятаков и гривенников слагались рубли. Теперь он позволял себе съесть полный обед за пятнадцать копеек, а по воскресеньям иногда даже посещал студенческую столовую, где обычно обедал Саша. Ну, там вообще бывал роскошный обед: хороший борщ, а какое второе! — котлеты или жаркое с картофелем или гречневой кашей с подливкой. Подливка — пальчики оближешь: острая и вкусная. На третье — компот. И все это стоило, конечно, немало, целый четвертак, но зато он обедал в настоящей столовой, а не в харчевне: столы накрыты белыми скатертями, на окнах занавески, на столах графины с водой, блюда подают чистенько одетые, в белых фартуках и наколках на голове красивые официантки.
Конечно, это были праздники для Ванюши, и он позволял себе их редко. К тому же, когда носишься за выкупом векселей, то здорово страдают ботинки — значит, надо лишний раз уголки набить, а то и целую подметку; смотришь — брюки надо, рубашку с отложным воротничком, ведь косоворотку не положено носить, а там и самовязик захочется. Все это расходы и расходы: трудно стало жить на пять рублей в месяц с тех пор, как пришлось переехать к тете Матрене.