Потом жена и участковый свадьбу сыграли – гостей полный дом. На диван садились аккуратно так. Не видят, но, вроде,
Иван Фёдорович очень любил стулья. Бывает, сядет на один и сидит сутками, сука. Вот как в гости придёт к кому, и сразу на стул:
– О, какой у вас стул хороший, лаком покрытый, с историей, очень я его люблю, – и сидит, палкой его поганой не сгонишь.
А однажды попал он на мебельную фабрику, где стулья самые разные делают. И как попал, так и пропал там. До сих пор бродят слухи, что по ночам на складе слышится, как он причитает:
– Мои любимые, мои четырехногие, мьва-мьва.
Любовь – она такая странная штука, что к человеку, что к стульям. Чего ради неё ни сделаешь и чем ни пожертвуешь.
Как Пётр Алексеевич ни старался, не получалось у него поставить шкаф так, чтобы тот не закрывал шикарный персидский ковёр на стене. И так и эдак – некрасиво получается. Решил Пётр Алексеевич от обратного к этой проблеме подойти: шкаф поставил, а ковёр снял. И начал он ковёр то на эту стену, то на ту, а ковёр, паразит тот ещё, никак красиво не хотел вешаться.
До ночи промучился, весь вспотел и вот, наконец-то, получилось! Красота! Обрадовался Пётр Алексеевич, чая попить захотел или чего покрепче, бац, а двери-то нет. Заставил и завесил: ни пройти, ни пролезть. Защемило сердечко такую красоту разбирать, плюнул Пётр Алексеевич и сел телевизор смотреть, как раз любимая передача про животных началась. Так и зажил.
А русскому человеку много ведь не надо, главное – красота чтобы была там, куда взгляд упадёт. Ведь это всё своё, родное, кровинушкой заработанное, а остальное всё – тлен да побоку.
О
Котята – все очень милые. Кто ж с этим поспорит? Наверно, только мальчик Коля.
«Коля принёс котёнка». Три слова, а вы в милоту просто обязаны погрузиться. Так вот:
Коля принёс котёнка.
Котёнок рос с характером. Спал, где хотел, ел, что хотел и вообще, вёл себя как все нормальные котята. Коле нравилось играть с ним. Он представлял себя укротителем животных в цирке – алле ап! И усатый котёнок прыгает на стул. Алле ап! И усатый котёнок прячется за шторой.
Котёнок рос, превращаясь в кота. Кот рос, превращаясь в тигра. Тигр – превращаясь в льва.
Когда у льва вместо звериной морды появилось человеческое лицо, он превратился в сфинкса.
Коле нравился сфинкс. Сфинкс шутил, загадывал загадки,
– если Коля их не отгадывал, то сфинкс откусывал кусочек от Коли. «Плоть за тайну», – говорил сфинкс, улыбаясь острыми зубками. Когда закончились загадки, закончился и Коля. Сфинкс надел пенсне, синий пиджак и брюки клёш и ушёл в парк искать другого «Колю».
Котята – все очень милые. А потом вырастают в чудовищ: гадят где попало, обои дерут, царапаются. Или мальчиков едят. Так что нужно хорошо подумать перед тем, как маленького, миленького, мусипусичного котёнка с такими красивыми глазёнками к себе домой приносить.
Спрятать деньги в книгу – это как заплатить её автору.
Я как-то положил тысячу рублей в томик Гоголя, через месяц смотрю, а в книге добавилось двадцать новых страниц. И уж очень интересных таких, в один присест прочитал. Думаю: «Ладно, Николай Васильевич, продолжим эксперимент». Положил ещё тысячу. Через день ещё двадцать страниц добавилось. Да и рассказ уже законченный, вроде как, вышел, про ведьму и помещика, всем советую.
Продолжим эксперимент. Положил пять тысяч рублей в том «Психопатология обыденной жизни» Фрейда. Через день открываю – а там хуй, а не деньги, пропали. Вот всегда знал: к Фрейду никакого доверия. Так как денег больше не было, а обидно – ещё как, решил и не читать больше. Ну их к чёрту, этих писателей.
О